Книга Бусина из муранского стекла, страница 146 – Анна Боронина

— Дзанни, вовсе не обязательно дуть мне на рану, – фыркнул Чезаре, когда слуга нанес заживляющую пощипывающую мазь, по комнате растекался запах лаванды и горькой полыни. – Это просто царапина, а я уже не маленький мальчик.

— А деретесь все как мальчишка, – ворчливо ответил слуга, ловко бинтуя предплечье чистыми лоскутами ткани. – Царапина чуть не до кости, хорошо, ничего важного не задето. Небось спровоцировал вас этот венецианец? За девицу эту, что ли, дрались, которая с синьорой Боргини пришла?

— Все-то ты знаешь, – по-доброму усмехнулся Чезаре, осторожно поведя плечом, когда Дзанни закончил бинтовать и протянул ему чистую сорочку, и думая, что и отец, похоже, знает если не все его тайны, то большую часть. – Может, знаешь, куда ее поселили?

— Как не знать, синьор, – хитро улыбнулся слуга. – Да только уже ужин скоро, а девица, кажется, поссорилась с этим пришлым из Флоренции, он ее в Рим с собой забрать хочет, а она Верховного мага боится. Запер он ее. Видать, не с тем вы дрались.

— Вот как, – пробормотал Чезаре, морщась, кода пришлось продевать руку в узкий рукав и кожаный узел завязок, удерживающих его привязанным к колету из темно-зеленого бархата, коснулся раны. – Что-то еще, что мне стоит знать?

Вопрос, услышанный от отца, крутился в голове и вырвался сам собой. Может, стоило открыться отцу и спросить совета? Узнать, как лучше поступить в ситуации с Лучианой? Он готов был заключить с ней союз немедленно, и, кажется, отец это понимал. Может, стоило бы заручиться его поддержкой? Но тогда это неизменно вызовет напряжение с Римом. То, что могло сойти ему с рук как наследнику, не сошло бы правителю. Лучше уж попробовать разобраться самому.

— Ей отвели комнату рядом с покоями вашей сестры, – тем временем с готовностью сказал слуга и, подумав, добавил: – А еще этот весьма темпераментный молодой человек сказал, что синьора выйдет замуж за вашего венецианского гостя.

Чезаре резче, чем следовало, дернул завязки сорочки, едва не вырывая шнурок из тонкого полотна:

— Это мы еще посмотрим.

Первым порывом было броситься к Лучиане, схватить ее в охапку и мчаться в Собор Четырех Стихий, чтобы заключить тот самый союз, который поддержали и его отец, и Джаккомо. Вот только надо было еще договориться с четырьмя магами-стихийниками, найти подходящие кольца и – самое главное – убедиться, что у Лучианы хватит сил пройти ритуал, после того как она выложилась, вливая магию в кольцо этого проклятого Паскари.

Обряд был сложный, требующий сил и от жениха и от невесты. И если они хотели сделать все правильно, причем правильно не столько с точки зрения их окружения, сколько – магически, торопиться не следовало.

— Что-нибудь еще, синьор? – с поклоном спросил слуга.

Чезаре помолчал, думая, пока выбирал из шкатулки кольца-артефакты. Он, как и отец, не любил носить чрезмерное количество украшений, но сейчас был тот случай, когда стоило и статус показать, и перестраховаться: магия огня – хорошо, но перстень-артефакт, который помогает распознавать яды, с такими сотрапезниками не помешает.

— Прикажи оседлать двух хорошо отдохнувших коней, пусть будут готовы, – сказал он, наконец. – И позови ко мне Клариче, хочу поговорить с сестрой до обеда, мы давно не виделись.

— Будет сделано, синьор. – Дзанни исчез за дверью со свойственным ему проворством.