Книга Её проклятие. Его Истинная, страница 69 – Наталия Журавликова

— Знаю, что ты меня крепко не любишь, чернокнижник, — усмехнулся “зеленый” колдун, — однако не тебе решать, кого советником при оборотнях делать.

Холумер поскрипел зубами, но все же решил ответить на заданный ему прежде вопрос. Просто чтобы показать — он-то ответ знает.

— Разве не слышал ты, о чем звездочет сказывал? Это не просто истинная пара, а Предреченная. Её само небо благословило. Эти души должны были встретиться и объединиться, чтобы разбудить заснувшую Меелингу, сердце древней Силы этих мест. Никакой другой союз влияния такого оказать не сумеет. Разве ты не чувствуешь пробуждение мощи своей стихии?

— Чувствую, — кивнул Ибнер. Кажется, его недоверие соратника по ремеслу магическому совсем даже и не трогало. — Вот и поражаюсь тому. Пока оживает только лишь дерево, но что дальше будет? Распространится ли сила на весь город? А потом на королевство полностью? Или останется здесь, и за подпиткой магам нужно будет сюда приходить.

А он не так прост. Холумер посмотрел пристально на “зеленого”. Ибнер — полная его противоположность. Низенький, пухлый, носит мантию свободного кроя, нежно-салатового оттенка. Длинные и очень густые песочного цвета волосы забавно падают на пухлые щеки. Глаза при этом большие, даже огромные. И тоже зеленоватые. Лет ему около сорока, может и меньше, морщин почти нет.

— Скажи, зачем ты вместе с Хорезом в горы ходил? — внезапно спросил Холумер. — Песни звезд для тебя разве имеют значение?

— Там горные травы, — пожал плечами Ибнер, — да и от жены хоть на три дня сбежать. Дети ругаются промеж собой, а она заставляет их мирить да воспитывать.

Да он сам еще ребенок! Холумер вновь почувствовал неприятие. Сам он — человек одинокий. И намеренно таким оставался, чтобы семья не отвлекала от важных дел государственных. Лет ему, правда, еще немного, есть время передумать и наследство оставить. Но не до того сейчас. А глядя на Ибнера, и того меньше хочется женой обзаводиться, если раздоры с нею так влияют на исполнение работы своей. Место Ибнера сейчас тут, у оживающего Древа, а не в горах. Травы ему понадобились! Знахарка-травница нашлась.

Куда симпатичнее ему Хорез, пусть его и называли порой безумным. Тоже одиночка без жены и детей, кажется, у него и родственников живых в Меелинге нет. И предан делу до глубин своей звездной души.

Что касается четвертого советника, графа Лидмора, с ним все понятно. Степенный мужчина, в годах уже. Преданный брат королевы и давний друг короля. Дитмору он словно второй отец. Особых магических успехов за Лидмором Холумер не замечал, но ведь граф — оборотень. И говорят, язык прочих зверей понимает. Заклинаниями владеет, но не как он, Холумер. Чернокнижник своим образованием гордился весьма. И считал, что силами его может превосходить разве что Хорез, недаром его как главного из советников воспринимают, хоть он и королю не родственник.

— Смущает меня знаешь что? — простодушно, как брату, сказал Ибнер. — Это все красиво, что с Меелингой происходит. Листики, цветочки. Но магические круги от нее пока что не расходятся. Будто она показывает: вот, ребятушки, я готова. И на том всё. Народ чудес ждет.

— Не все сразу, — снисходительно ответил Холумер, — столько лет она гасла, не может все кубарем завертеться. Вот после консумации посмотрим, какой расцвет начнется.