Книга Её проклятие. Его Истинная, страница 67 – Наталия Журавликова

Дориана лишь сейчас поняла, что его пальцы все еще плотно охватывают ее плечи, но не грубо, а почти с нежностью. И от рук кронпринца шло тепло, такое приятное и волнующее.

Ей почти нестерпимо захотелось в этих руках спрятаться, обретая надежное укрытие. Какое обманчивое ощущение! Дитмор подозревает ее во всех грехах возможных, а она мечтает обрести приют в его объятиях. Как стыдно!

Подумав об этом, девушка попыталась освободиться, но тем самым только заставила и принца обратить внимание на тот факт, где находятся его ладони.

Руки сжались сильнее, словно он пытался удержать Дори, не давал сбежать. Затем принц вдруг притянул ее к себе и… что это, он вдыхает запах ее волос?

— Как это происходит? — простонал Дитмор. — Твой аромат… он будоражит меня, сердце словно подпрыгивает к небесам.

— Ваше Высочество! — пискнула Дориана, чувствуя, что и ее душа уносится в какие-то невозможные дали. — Вы не должны тут находиться!

Вниз по шее пробежала вначале волна холода, затем ее накрыло жаром.

Горячие губы принца коснулись кожи ее лба, и вместе с этим словно свет Лоритал заполнил ее, от макушки до ногтей на пальцах ног. И пришло странное, невозможное томление. Дориана не понимала пока, чего она хочет, это было похоже на мучение, от которого обязательно должно быть избавление, сладкое и упоительное. Но какое, ей неведомо.

Этот миг словно растянулся на часы, а то и годы. Так замерло время.

Уста Дитмора легкими крыльями бабочки пробежались вниз, от ее лба по правой щеке, остановившись у краешка губ.

Как тяжело он дышал! Какими горячими стали его руки. Когда он снял их с плеч Дорианы, ей показалось, словно на смену теплу пришел лютый зимний мороз.

— Прости, — пробормотал Дитмор, — сам не понимаю, что делаю.

Он резко поднялся, вновь обратился в тигра и почти бесшумно выпрыгнул в окно.

А Дориана упала без сил на свою кровать.

Золиданна навестила отца с самого утра, пока этот мерзавец, что использовал ее дочернюю преданность в своих низменных интересах, не успел отбыть в Реентарию. Несс Огудал уже был собран и почти готов к отъезду.

— Неужто дорогой отец хотел уехать, не попрощавшись с дочерью? — спросила она, старательно изображая почтение.

— Так все одно, прощаемся ненадолго, — Огудал поправил ворот дорожного камзола, — и конечно же, я как раз собирался послать за тобой.

— Как это отрадно слышать! — Золи подняла на отца взгляд, и глаза выдавали ее истинное настроение. До смирения и елейного почтения к отцу там очень далеко было.

— Я так горжусь тобой, Золи! — он то ли и правда так думал, то ли уговаривал свою дочурку с лицом милой барышни и взглядом зверя, еще более отчаянного, нежели его будущий зять.

— Чем гордитесь, отец? Тем, что заставляете меня быть изменщицей, еще до того, как я вышла замуж? И я дала свое на это согласие, поскольку выбора нет.

— Посмотри на это с другой стороны, — Огудал приблизился к дочери, положил ей руку на плечо. Скинуть она ее не посмела.

— Ты спасаешь нашу Реентарию. Приносишь себя ей в жертву, если угодно. И мне хотелось бы, чтобы для тебя эта жертва не стала мучительной. Думаешь, я тебя оставлю в опасности? К тому времени, как кто-то из Меелингов сумеет понять, будто что-то не так, королевство будет в моей власти. Благодаря искусной магии и привлечению могущественных соратников. Когда они увидят, насколько близко мы подобрались к короне Тигров, помогут нам подчинить Меелингов.