Книга Её проклятие. Его Истинная, страница 123 – Наталия Журавликова

— Кто с нами? — позвал кронпринц.

И люди отправились следом.

Крепостная стена у дворца стояла, как прежде, но главные ворота открыты настежь, мог любой пришлый зайти.

Встретил их вооруженный отряд.

— Вот он, изменник! — зычно возвестил мужчина в военной одежде, с отличительными знаками старшего по званию. — Схватить его и проводить к остальным арестантам.

К остальным арестантам. Наверняка это его родители.

— Наша будущая королева вряд ли его простит! — добавил кто-то, невидный Дитмору. — Может казнить его сразу?

— Не было такого распоряжения! — рявкнул начальник. — Взять его!

— Что ж, попробуйте, — Дитмор почувствовал, как закипает в нем ярость, наливаются силой мышцы, пальцы становятся толще, а ногти роговеют. Вот-вот он превратится в Зверя. А не стоит этого делать, сидя верхом, когда к тебе доверчиво прижимается любимая девушка.

Она тоже почувствовала перемены в нем, положила руку на плечо ему.

— Не надо, Дитмор!

Ясный, чистый голос Дорианы словно отрезвил Зверя, заставив притормозить с превращением.

— Если магия Меелинги с нами, мы сможем показать это остальным. Я не боюсь!

И правда, выглядела Дори уверенной в себе. Прямо и открыто смотрела в перекошенные лица встречающих их военных.

Она взяла принца за руку, сплетая пальцы. Вдохнула полной грудью, словно собираясь с силами.

— Никак, блудный кронпринц к нам пожаловал! — раздался насмешливый голос. Воины расступились, пропуская Огудала, рядом с которым шел незнакомый мужчина во всем белом, но в глазах его плескалась чернота преисподней.

— Я знаю о твоей лжи, — спокойно произнес Дитмор, — и о том, кто помогал тебе. Он мертв.

— У меня теперь другой помощник есть, получше, — фыркнул царёк.

— Не заговаривайся, друг, — ласково поправил его жуткий спутник.

— Для моей дочери нашелся жених, который ее достоин, — не смутился Огудал, — сильный, мудрый. И вдвоем они сумели разбудить меелингу, что умерла после твоего предательства.

— А ведь так и есть! — ошарашенно сказал один из тех, что последовал за Дитмором и Дорианой.

— Не знаю, какие вы фокусы использовали, но их действие рассеется, как только ты захватишь власть, — холодно ответил кронпринц.

— Кого-то уже заждались родители, — зловеще улыбнулся мужчина в белом, вытягивая вперед суковатую палку.

Люд попятился, кажется, все уже знали, что похожий на ветку артефакт действует безотказно.

Повинуясь безотчетному желанию, Дориана подняла руку, которая все еще находилась в руке принца, побуждая его повторить ее движение. Двойной кулак из переплетенных пальцев. Двойная сила.

Яркий белый луч ударил навстречу черному. И в середине пути они столкнулись, изламывая один другой. Будто два меча сошлись.

Стоявшие рядом ахнули.

Народ продолжал прибывать.

А вокруг влюбленных вырастал купол, прозрачный, играющий всеми цветами радуги, и это было видно даже ночью.

Дитмор осторожно высвободился, оставил Дориану в седле, спрыгнул, направляясь к врагу. И купол растягивался, передвигался, увеличивая защищенное пространство.

— Первый раз вижу тебя, колдун, — кронпринц стоял уже вплотную к мужчине в белом, их разделяла лишь прозрачная граница, — но гостеприимства моего ты не получишь. Убирайся и оставь Меелингу тиграм.

— Думаешь спрятаться от меня в пузыре, принц? — рассмеялся колдун. — Мне триста лет от роду, я побеждал котят, тебе подобных, пачками.