Книга Её проклятие. Его Истинная, страница 122 – Наталия Журавликова

Золиданна позволила себя вывести, улыбалась разъяренной толпе, что смягчилась, увидев ее. Села в карету.

Дальше все сохранилось в памяти урывками. Вот он холм с мертвым уже деревом. Она подходит, кладет на прохладную кору ладони. И меелинга начинает оживать. Все смотрят, как поднимаются обвисшие ветви и никто не видит колдуна, что отошел чуть дальше и со стороны управляет действом.

— Народ Меелинги! — обращается громогласно к собравшимся под холмом людям Огудал. — Вот оно, ваше истинное спасение! На чьей вы стороне? Нечестивого изменника, что предал все понятия о чести и совести, осквернил ваши обычаи? Или готовы поддержать новый свет магии, что вернет вам величие?

Одобрительный рев был ему ответом.

Что Меелинга еще не спит, видно было издали. Не пожар, но фонари и кажется, костры или много факелов, и человеческий гомон.

Время позднее, уже и Гориэл в небе светит. Раньше прибыть не получилось.

Дитмор понял: они опоздали. Дориана сидела на коне впереди него, согревая душу и тело.

— Я не явился к венчанию и в столице устроили беспорядок, — с горечью сказал кронпринц, — я не могу тебя туда везти. Давай, высажу в какой-нибудь деревушке, а потом заберу, когда станет спокойнее. Обещаю, всё наладится.

— Нет! — возмутилась Дори. — Мы проследуем в город вместе. Конь уже устал, еле нас держит. Если еще заезжать куда-то…

— Я могу оставить и его, ты знаешь, без коня доберусь еще быстрее, — не дал ей договорить Дитмор.

— Мы прибудем вместе, — твердо сказала Дориана, — я чувствую, только так сможем спасти Меелингу.

— Хорошо, возможно, ты права, — кивнул принц, прибавляя темп.

Коня было жаль, но беспокойство за родителей гнало его вперед. Улицы города полны народу. Люди растеряны, переглядываются, но драк и прочих буйств не видно. Хотя узнав принца, горожане заволновались.

— Вон он! Да не один!

— Довел до чего Меелингу! — слышал Дитмор выкрики. Но близко к нему подходить боялись.

— Сейчас я разберусь, что происходит! — внушительно постарался сказать принц, так чтобы услышали хоть ближние к ним. Но люди оскорбительно засмеялись, махая руками.

— Всё уже произошло без тебя, принц! — услышал он. — Мы дождались свою избавительницу, пока ты по девкам шляешься.

Тут же народ стал будто бы злее. К ним подвинулась толпа, у некоторых были факелы в руках.

— Я нашел свою истинную! — прокричал Дитмор, и голос его нежданно для него самого разнесся в пространстве. — А то, что вы принимаете за избавление — преступный замысел. Дориана, прошу, покажи знак!

Девушка, судорожно вцепившаяся в седло, помедлила немного. Но поняла, что без ее откровенности принцу придется несладко.

Она резким движением высвободила левую руку из рукава, подняла ее так, чтобы видно было.

И фонарный свет не потребовался, все разобрали, что там.

— И врямь она — предреченная! — пронеслось среди собравшихся.

— Тогда кто же — Золиданна?

— Или их две?

— У меня лишь одна истинная, — твердо сказал Дитмор, — и она сейчас перед вами. Как и было предсказано, я приложил большие усилия, чтобы найти её и представить своему народу. Так что, пустите нас. Нужно обо всем рассказать родителям.

Люди переглядывались, лица их были растеряны.

— Свергли родителей ваших, кронпринц, — сказал высокий детина.

— Это мы еще посмотрим! — яростно воскликнул Дитмор, пришпоривая коня. Уставшее животное дернулось вперед.