Книга Ассистентка для похитителя мыслей, страница 45 – Наталия Журавликова

Стоило мне зайти в приемную, на столе истошно зазвонило переговорное устройство. Нажав кнопку, я услышала голос Угрюмоша и вздрогнула. Неужели он вернулся, а меня не было?

— Мередит, там на первом этаже двое… господ. Проведите их на восьмой. Дальше я сам встречу.

Ух, значит он здесь, в здании, может и не уезжал никуда. Спустившись, я встретила двоих мужчин в серых костюмах и темных непроницаемых очках. Кто это, новые пациенты?

Я засомневалась.

Мне эти посетители просто кивнули, не сказав ни слова. Мы сели в секретный лифт и быстро оказались на запретном этаже.

— Благодарю, Мередит, — суховато сказал Андреас, встретивший нас у дверей, — сегодня можете быть уже и свободны, я не вернусь в кабинет.

Я попрощалась с начальником. И когда двери лифта закрывались, услышала голос Угрюмоша:

— Пройдемте, господа сыщики.

Значит, точно не клиенты.

Вернувшись к себе, я поняла, что у меня есть шанс поискать информацию о работавших здесь до меня секретарях. Не торопясь, обследовала все ящики рабочего стола, заглянула в шкафчик для бумаг. Ничего, кроме совершенно безобидной документации и отчетов по старичкам, детскому отделению и шестому этажу для молодых и богатых.

Что ж, попробовать все же стоило. Вздохнув, решила поспешить домой. Там наверняка проснулся Чечевица. Кто знает, чего от него ожидать? Вдруг он решит, что я его похитила, и встретит меня враждебно? Надо было хоть ножи попрятать.

Страшно идти домой, но я сама навертела, чего уж там.

Добравшись до своего жилья, осторожно вставила ключ в скважину, приоткрыла дверь и застыла на пороге, услышав голоса.

Чечевица с кем-то разговаривал. Кого он ко мне домой впустил и что теперь будет?

На цыпочках я зашла в коридорчик, ведущий к моей кухне, прислушалась.

— Так значит, вы считаете, у вас раздвоение личности? — спрашивал смутно знакомый мужской голос, резкий, как запах лютика едкого, от которого глаза начинают слезиться, а в носу свербеть.

— Да, понимаете, я закрываю глаза и мне кажется, что вокруг другой мир или иная страна. Более теплая, богатая. И я там имею все, чего мне захочется. Но уже в следующую минуту, разомкнув веки, понимаю, что нужно идти на завод. И спать предстоит не в собственном поместье, а однокомнатной квартирке. Я ее так смутно себе представляю, но знаю, что она есть.

— О, я вас так понимаю! — от звука следующего голоса, женского, я подскочила на месте. Это же мама моя! Она-то здесь что забыла?

— Тоже, бывало, глаза открою, и понимаю, что должна была родиться не в этой унылой, враждебной к творческим людям реальности!

Что ж, вряд ли маман решила захватить мой дом и привела жандармов или людей из Корпорации. Поэтому на кухню я зашла смело.

И увидела милейшую картинку: чаепитие, напоминающее семейное. Мама в моем переднике раскладывает по тарелкам блинчики, а Чечевица и Карл Сумрак пьют чай из блюдечек! Герцогский сынок смешно вытягивает губы трубочкой, чтобы не обжечься.

— И что у нас тут происходит? — спросила я грозно. Устала сегодня, особенно душевно.

— Меричка! — обрадовалась мне мама. — Ты так рано освободилась сегодня! Могла бы предупредить, я завела бы больше теста.

Теперь вот и я почувствовала себя так, словно глаза не в том мире открыла. Будто бы пришла на семейный ужин. И не подумала тортик к чаю прихватить. Хотя у них тут блины. И где только мама продукты для них нашла.