Книга Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат, страница 163 – Диана Фурсова

Фрайна за окном фыркнула.

— Тебя не спрашивали.

В дверь постучали.

Один раз.

Совершенно обычно.

Сайвера почему-то сразу поняла, кто там.

Это было нелепо.

Постояльцем мог быть кто угодно.

Она подошла к двери.

Открыла.

Торвейн стоял на крыльце.

Один.

Без лошади?

Нет, лошадь была привязана у дальнего столба, просто он не подъехал к самому входу.

Без сопровождающих.

Без плаща с застёжкой Совета.

И без серебряного обруча на запястье.

Сайвера посмотрела туда.

Он заметил.

— Он в сумке.

— Почему?

— Не хотел приходить к тебе по делу.

— А знак мешает говорить не по делу?

— Нет.

— Тогда?

Торвейн чуть помедлил.

— Наверное, хотел, чтобы с первого взгляда было понятно.

— Что именно?

— Я здесь не как Альфа.

Сайвера опёрлась плечом о косяк.

— Это опасная привычка.

— Какая?

— Начинать разговор с объяснения того, кем ты не являешься.

Он усмехнулся.

— Можно войти?

Она посмотрела на тёмную дорогу.

На его лошадь.

На мужчину перед собой.

Когда-то Торвейн заходил в любую комнату её жизни без вопроса.

Не из грубости.

Потому что семь лет им просто не требовалось спрашивать.

Потом оказалось, что именно один не заданный вопрос разрушил всё.

Теперь он стоял на пороге трактира, который принадлежал только ей, и ждал.

— Можно.

Торвейн вошёл.

Сайвера закрыла дверь.

— Есть хочешь?

Он удивился.

— Это первое, что ты спрашиваешь?

— Я хозяйка трактира.

— Тогда да.

— На кухне осталась похлёбка.

— Я согласен.

— Платить будешь.

— Разумеется.

— Хорошо.

Он остановился возле стойки.

— Сайвера.

— Что?

Торвейн держал в руке тонкую кожаную папку.

Она заметила только сейчас.

— Я пришёл не ради ужина.

— Уже хуже.

— Возможно.

Он положил папку на стойку.

Сайвера не открывала.

— Что там?

— Посмотри.

— Ты опять принёс бумагу и предлагаешь мне самой догадаться?

Торвейн закрыл глаза.

— Заслужил.

— Что там?

Он ответил сразу:

— Наш развод.

Сайвера перестала двигаться.

Общий зал вдруг показался слишком тихим.

Она посмотрела на папку.

Обычную.

Коричневая кожа.

Две металлические застёжки.

Документ, из-за которого когда-то не потребовалось даже закрытой двери между ними.

— Зачем ты его принёс?

— Это экземпляр, который хранился в моём личном архиве.

— Я поняла.

— Совет вернул все материалы после завершения дела.

— И ты решил привезти мне это.

— Да.

— Почему?

Торвейн не ответил сразу.

Сайвера почувствовала знакомое раздражение.

— Если ты собираешься его порвать…

— Нет.

Она замолчала.

Он открыл папку.

Достал лист.

Распоряжение о расторжении брака.

Дата.

Их имена.

Её прежний статус.

Подпись Торвейна.

Печать.

Сайвера узнала документ.

Не этот конкретный лист.

Текст.

В тот день Даймор зачитывал часть условий.

Торвейн произнёс первую фразу.

«С этой минуты наш брак расторгнут».

Сайвера долго смотрела.

Боли, которую ожидала, не было.

Но и равнодушия тоже.

Бумага оставалась частью её жизни.

Неприятной.

Настоящей.

— Почему не уничтожил? — спросила она.

— Сначала хотел.

Сайвера подняла глаза.

— Когда?

— После того как доказали подделку.

— И что остановило?

Торвейн провёл большим пальцем по краю листа.

— Ты.

— Я даже не знала.

— Именно.

Он чуть отодвинул документ от себя.

— Я понял, что опять собираюсь решить за тебя, что должно остаться от произошедшего.

Сайвера молчала.

— Можно было сжечь лист, отменить запись, составить новую и сделать вид, будто ошибка исправлена полностью. Формально многое так и выглядит. Обвинение отменено. Причина развода признана ложной. Твоё имя восстановлено в протоколах.