Книга Укротитель для Рыжей, страница 8 – Любовь Черникова

Да он бы и не позволил себя бить, Рыжая была в этом уверена. Непостижимым образом он умудрился сграбастать обе ее руки одной своей и поднял их над головой, лишив ее возможности сопротивляться. Другая его рука погладил по щеке, провела по горлу снизу вверх, зафиксировала голову, а после он ее поцеловал. Глубоко и жадно, но не грубо. Вспоминая об этом, Лера не могла понять, почему тогда не попыталась откусить ему язык? То ли настолько испугалась, то ли ей неожиданно понравилось то, что она в тот момент чувствовала…

И это было ужаснее всего в той ситуации.

«Этот хмырь собирался меня изнасиловать, а я…»

Воспоминание мгновенно вызывало бурю эмоций, к которым примешивалось чувство вины за произошедшее, и за собственные ощущения. Ладони вспотели и заколотилось сердце. Мария Геннадьевна, заметив ее состояние, встала и налила из кулера воды. Протянула ей пластиковый стаканчик.

Немного успокоившись, Редди посмотрела на настенные часы и лишь тогда продолжила рассказ.

— Сегодня мне снова приснился тот случай, — продолжила она. — Сон был очень реальный, а потом, когда я пошла на пробежку, снова произошел сбой у датчика движения, и мне почудилось его присутствие. Но там никого не было, и дверь в секцию была заперта. Теперь я очень внимательно проверяю, прежде чем выходить, смотрю в глазок-камеру. В него и в темноте все видно. А еще у меня чувство, что за мной кто-то наблюдает. Скажите, это развивается какой-то психоз?

— Лера, ты сейчас с кем-нибудь встречаешься или, может, все же встречалась? — неожиданно спросила Вересовская.

— Нет.

— Может, навещаешь родных или они тебя?

— Нет.

— Друзья навещают?

— Нет.

— Может, ты их?

Лера отрицательно покачала головой.

— Я знаю, что ты всегда следила за физической формой. Наверное, большую часть времени теперь проводишь в фитнес-клубе?

— Мне достаточно пробежки, да и на самостоятельные занятия знаний и воли хватает.

Лера умолчала, что у нее недостаточно денег, чтобы оплатить абонемент.

— Ты сейчас работаешь?

— Уже нет. Не сошлись характерами с руководством, — пояснила Редди, предупреждая вопросы.

— Я правильно понимаю, что ты резко ограничила круг общения, после переезда?

— Выходит, что так.

— А почему?

Лера не нашлась что ответить.

— Сначала просто не хотела никого видеть, потом… Не знаю. Мне кажется, никому нет до меня дела. Как и мне до них.

Лера постаралась изобразить улыбку, но вышло что-то между жалкой гримасой и оскалом. Внезапно захотелось плакать, хотя это и не было в ее привычках.

— Ты молодая, красивая девушка, добровольно превратила себя в затворницу, да еще так внезапно. Твоя жизнь в корне поменялась, это само по себе уже стресс. Подумай, может, все-таки есть кто-то, кто о тебе вспоминал? Беспокоился? Писал сообщения, на которые ты сначала не обращала внимания, а потом просто забыла ответить? Уверена, есть люди, которым не все равно. Возможно, ты просто забыла о них?

— Это вряд ли.

— Лера, а ты, вообще, когда-нибудь с кем-нибудь встречалась?

— Я же сказала, что нет! — Рыжая даже не дала ей договорить. — Да Вик ни одному придурку не позволял ко мне приблизиться!

— А не придурку? — Мария Геннадьевна выделила голосом «не» и хитро посмотрела на нее.

— На его вкус, все парни с которыми я общалась в его отсутствие, придурки… Да я и сама думаю примерно так же.