Книга Герцог и гувернантка, страница 120 – Элоиза Джеймс

— После сегодняшнего дня, — сказал он негромко и размеренно, — мы больше не будем заниматься любовью. Если не поженимся. Я понимаю, Диана, что ты не сможешь стать герцогиней. Понимаю. Но не будь у меня обязанности стать герцогом, я бы схватил тебя в охапку, посадил в карету и увез в Гретна-Грин.

— И что бы мы делали дальше? — прошептала она.

— Тебе никогда не хотелось отправиться в путешествие?

— Всегда об этом мечтала.

— Я бы повез тебя и Годфри в Грецию и в Италию. И вообще я когда-то хотел съездить в гран-тур^[7], но я был нужен дома. А теперь поместьями управляет тетушка. — Его движения замедлились. Не спеша он описывал круги на внутренней стороне ее бедер, и Диана с трудом сдерживалась, чтобы не податься ему навстречу.

— А через несколько лет мы бы вернулись домой. Может быть, уже с ребенком. Я бы снял для нас жилье, выбрал подходящее место и там построил бы дом по собственному плану. Для тебя.

Диана едва дышала. Сердце ее было так полно, что, казалось, вот-вот разорвется.

— Детей у нас было бы много-много. За ними бы присматривали няни, веселые и добрые — не такие, как Мейбл.

— Мейбл не такая уж плохая, — возразила Диана. — Просто не любит свою работу.

— Ездить в Лондон на время сезона мы бы не стали, так что папа с Офелией оставляли бы Арти у нас.

— А еще мы могли бы завести целую стаю павлинов, — подсказала Диана.

Пальцы Норта плавно приближались к ее самому нежному местечку и вновь отдалялись, приближались — и отдалялись; и она, не в силах совладать с собой, извивалась под его прикосновениями и раздвигала колени, словно распутница.

— Диана, — прошептал он, — можно мне к тебе прикоснуться?

— Да, пожалуйста! — ответила она, судорожно втягивая воздух.

Правая рука его скользнула между ее ног, а левая в то же мгновение легла на грудь, двумя пальцами захватив в плен сосок. Стон, сорвавшийся с уст Дианы, словно эхо, вторил хриплому стону Норта.

— Не могу… не могу! — задыхаясь, шептала она.

— Смотри! — приказал он.

И Диана смотрела, как его рука, покрытая золотистым загаром, ласкает ее сосок. А другая рука тем временем накрыла самую интимную часть ее тела, и сильный палец…

— О-о! — выдохнула Диана.

Сколько ни твердила она «не могу» — разумеется, смогла.

Наслаждение, странно схожее с болью, раскрывалось в ней — так роза под лучами утреннего солнца разворачивает лепестки. Струи жара распространялись вверх по телу и вниз, до кончиков пальцев на ногах. Она откинула голову ему на плечо, стиснула его палец внутренними мышцами; из груди ее вырывались стоны, которые непременно бы ее смутили — если бы рядом не был Норт, которого стесняться незачем.

Норт наслаждался тем, как Диана трется задом о его восставшее естество, молчаливо умоляя о большем. Взгляд ее затуманился, подернулся нежной дымкой. Когда, наконец, она обмякла у него в руках, Норт тщательно вымыл и сполоснул ей волосы, а потом поднял ее из ванны, вытер большим полотенцем и осторожно уложил на край постели, лицом вниз.

Диана не успела спросить, что он будет делать дальше; руки Норта уже легли ей на бедра, а потом…

И потом… и потом… и еще потом.

Они любили друг друга несколько часов, и лишь под конец Диана по-настоящему поняла, что это в последний раз.

— Защита не слишком надежна, — сказал Норт. Он лежал на боку, опираясь на локоть, и смотрел на нее. Волосы у Дианы уже высохли, но торчали в разные стороны, разметавшись по подушке причудливыми завитушками, и он с наслаждением пропускал их сквозь пальцы.