Книга Это (не) твой ребенок, страница 28 – Гала Григ

Двадцатилетний парнишка с полной свободой действий без памяти влюбился в женщину под тридцать. Гормоны бушевали, ослепляли, не давая времени на осмысление происходящего.

Борис, как в омут, бросился во всепоглощающие страстные отношения с яркой блондинкой по имени Бэлла.

А эта прожженная куртизанка забавлялась молодым пареньком, строя далеко идущие планы. Лет с восемнадцати Бэлла была востребована у богатеньких мужчин, но, повертевшись в приличном обществе и прослыв той еще стервой, была лишена внимания добропорядочных отцов семейства.

Желая найти в ней отдушину от пресной семейной жизни, мужчины быстро начинали понимать, что у Бэллы достаточно корыстные цели и подленькая душонка, готовая продать себя подороже и, что еще хуже, продать их самих с потрохами при первом удобном случае.

Переходя из рук в руки, Бэлла обрела скандальную репутацию обычной продажной шлюхи, что и заставило ее искать глупых мальчиков не особенно высокого уровня, но с которых можно было урвать хоть что-нибудь.

Квартира, доставшаяся Борису от родителей, показалась ей лакомым кусочком. И Бэлла всеми силами подогревала страстные порывы паренька, разыгрывая бушующие страсти. Ей это не стоило особого труда. А Борис завелся не на шутку.

— Семен Григорьевич, — обратился Борис к шефу, — Вы не могли бы выписать мне аванс.

— Так ведь до зарплаты осталось всего ничего. Тебе зачем?

— Женюсь, — Борис опустил глаза.

— А на ком это, если не секрет?

— На Бэлле Ефимовой.

— Это не на Бэллке ли?

Борис бросил на шефа оскорбленный взгляд:

— Что это Вы так о ней.

— Да как же еще об этой проститутке можно?! С ума что ли спятил? Это она тебя в ЗАГС тащит или сам удумал?

— Никто никого не тащит. Любим мы друг друга.

— Ну да, лю-ю-ю-бите, — Семен Григорьевич рассмеялся. — Вот только не пойму, зачем ты ей сдался. С тебя-то что взять? Хотя… на безрыбье и рак рыба.

Шеф по-отечески посмотрел на Бориса:

— О сестренке подумай. Хороший пример Бэллка подаст девочке.

— Да что Вы о ней знаете! — не на шутку взвился Борис.

— О! Много кой-чего. Только тебе скажу одно: беги от этой стервы. Не успеешь оглянуться — она хозяйкой в твоей квартире станет, а тебя вместе с сестрой, как щенков вышвырнет.

— Вы не смеете так о Бэлле!

— Еще как смею. В свое время она и меня чуть без последних штанов не оставила. Вовремя добрые люди остановили. Так что не дури, парень! Я тебе плохого не посоветую. Аванса никакого не получишь! Ишь ты, жениться он надумал!

Развязка произошла неожиданно. Борис, разгоряченный бурным разговором с шефом, помчался к Бэлле. Хотел услышать от нее опровержение слов начальника.

Он медленно поднимался на второй этаж, мысленно репетируя, как можно выяснить истину, не обижая при этом любимую. У двери остановился, сделал глубокий вздох и застыл, задохнувшись от шумов, доносившихся из квартиры.

Недвусмысленный шум, перемежаемый то ли стонами, то ли криками, остановил его. И, уже взявшись за ручку двери, Борис застыл в оцепенении.

Грубый мужской голос спросил:

— И долго ты еще будешь развлекаться с этим молокососом? Мне все это надоело.

— Ревнуешь, что ли? — послышался женский смех. Так смеяться могла только Бэлла: раскатисто, с хрипотцой, даже слегка по-мужски из-за огрубевших от сигаретного дыма связок.

— Потерпи. Мне бы только охомутать его, женить на себе, а через полгода квартира будет моя.