Книга Любимая для Грома, страница 80 – Надежда Борзакова

На стол легли три открытые карты. Количество фишек в банке утроилось. Двое игроков сбросили карты и вышли из-за стола.

Осталось только трое.

Еще один круг и третий вышел. За столом теперь только Влас и Беркут.

Вскрытие. Равные комбинации. Ничья?

— Еще раунд? – губы Власа скривились в усмешке.

Беркут ограничился кивком головы. Я затаила дыхание. Ощущение, что они сейчас не в подпольном казино за карточным столом, а в чистом поле на разборках темной ночью и с оружием в руках.

Побелевший, как мел, мальчик-дилер, сдал карты.

Мужчины с каменными лицами сдвинули фишки в центр стола. По выражениям у обоих ничего не понять. Они застыли. Не менялись, когда на стол легли первые три открытые карты. Все «чирвы». Стоя за спиной у Власа, я привычно не смотрела на его карты. Комбинации я уже худо-бедно выучила и боялась его выдать.

Еще ставки. Четвертая карта.

«Пика».

— Ва-банк, - Влас подтолкнул все имеющиеся возле себя фишки в центр стола.

Беркут поддержал.

Пятая карта.

Снова «пика».

И вот оба мужчины одновременно открыли свои карты. Глаза у дилера округлились. Беркут побагровел и, разорвав свои карты, швырнул их на стол. Влас широко ухмыльнулся.

Туз, король, дама, валет, десятка. «Чирвы».

Восемь десятитысячных процента. Это я точно помнила. Именно такова вероятность собрать «Рояль-флеш» с первой раздачи и Влас ее собрал.

Зал казино взорвался аплодисментами. Едва те стихли, Беркут опасно ухмыльнулся и перевел на меня взгляд своих почти черных глаз.

— В картах не везет, значит повезет в любви, - и, посмотрев на Власа, добавил одними губами, - Когда ты сдохнешь, она станет моей.

Влас с хриплым рычанием опрокинул стол и набросился на него. Мужчины яростно сцепились в драке. Осыпали друг друга градом ударов громко матерясь. Пытающиеся их разнять, отлетали в стороны.

— Перестаньте! – глупо завопила я.

Рванулась к ним, словно могла разнять, но Вова удержал.

Грохот. Машинально обернувшись я увидела, как в зал залетает полицейский спецназ.

Глава 44

Когда к тебе бегут крепкие ребята в камуфляже с оружием наперевес, нужно поднять руки и плавно лечь на пол. Это все знали. Это и я знала, и Вова. Но первый, оттолкнув меня себе за спину, стал сопротивляться, а я сама не смогла даже пошевелиться. Застыла, бестолково глядя, как всех укладывают лицом в пол и, кажется, даже не слышала ни матов, ни приказов. Видела, как шевелятся губы гостей, но не слышала издаваемых ими звуков.

Из ступора меня вывели сильные руки, бесцеремонно свалившие на пол к остальным. Не грубо, не причиняя боли. Просто резко и планомерно.

— Грабли от нее убрал, - услышала голос Власа.

Вместе с ним на меня обрушились и другие голоса. Ругань, грохот, приказы.

Власа и Беркута с трудом разняли, скрутили и грубо свалили на пол.

— Не сопротивляйся! - мой испуганный визг утонул в какофонии звуков. Но, кажется, Влас услышал. Повернул голову, что-то сказал.

Дуло автомата сильно ткнулось ему в шею.

— Молчать!

Взглядом я умоляла его послушаться. Меня всю затрясло, дыхание сперло, и я хватала ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег.

В голове полнейшая каша. В ушах грохот пульса. Все вокруг плыло и качалось, от пола несло чем-то гадким и к горлу подкатывала тошнота.

Цепляясь за грозившее потеряться сознание, я заметила, что уже не в душном зале казино, а в холодной зимней ночи лишь тогда, когда меня запихнули в полицейскую машину вместе с матерящейся Ирмой в наручниках. На меня их не надели.