Книга Развод. Жизнь с начала, страница 32 – Надежда Борзакова

Девушка вроде бы согласилась, но с тех пор наши отношения стали слегка более натянутыми. Я ее не винила в этом. Ведь не понаслышке знала, как трудно принять свои ошибки и простить их себе, а тут еще и я как живая иллюстрация того, что можно было поступить иначе. А потому просто ждала, пока она это проедет и пыталась поддерживать.

В остальном же, повторюсь, все и правда стало лучше. Даже Саша, вроде бы, смягчился ко мне.

— Отлично. Но могло бы стать так намного раньше. Если бы я не старалась во всем угодить Вове и не жила нашими отношениями…

— Та-а-ак, а вот тут ты уже путаешь теплое с мягким, Лен, — перебила меня сестра. — Давай-ка завязывай. Да, ты насовершала в жизни ошибок, но кто их не совершал скажи мне, пожалуйста? Первую же жизнь живем, как ни крути.

Я лишь пожала плечами. Алине легко говорить. Она сделала себя сама, у нее свой бизнес и любящий муж, а у меня… А я потратила семь лет жизни на человека, который в итоге променял меня на другую. Не добилась ничего от слова совсем и вот только сейчас, в тридцать лет начала работать.

И винить в этом мне некого, кроме самой себя. Ну, ничего страшного. Больше я такую ошибку не совершу. Не влюблюсь, не залипну, не растворюсь. Мне в принципе никто не нужен. В смысле мужчина. Все, чего я хочу — это работать, расти, развиваться. И все, точка.

Именно этим я и занялась. Пропадала на работе, попутно пошла на онлайн-курсы повышения квалификации, а еще записалась в спортивный зал. Нашла самый дешевый возле дома и записалась. Да, атмосфера там была непривычной. В принципе мне многое до сих пор оставалось непривычным в новом образе жизни, однако я изо всех сил привыкала.

Так и пролетели оставшиеся полтора месяца жаркого лета и два месяца вполне себе теплой осени. Уже начался сезон разгара вирусных инфекций, а сезон мотоциклистов еще не закончился, а потому работы у нас было хоть отбавляй. И мы и сами болели, несмотря на прививки, а потому приходилось иногда брать дополнительные смены и это выматывало.

И вот в один из таких дней я, приняв в кабинете Анжелы, с которой мы давно уже успели возобновить комфорт в общении, огромную дозу кофеина в виде двух чашек кофе с молоком, но все равно сонная, шла через приемное отделение чтоб ехать на очередной вызов.

И просто не успела заметить, среагировать, не знаю…

Грубые руки схватили меня, вдавили в резко пахнущее потом и дешевым табаком мужское тело, а в висок ткнулось ледяное дуло пистолета. Испуганные вскрики — мой и других людей, находившихся в этот момент в приемном покое, утонул в грубом окрике:

— Васильев где?

— В… В реанимации после операции, — выдавила замершая напротив молоденькая медсестричка.

— Сюда его давай или я пущу ей пулю в башку, — сильнее ткнув мне в висок дуло пистолета, рыкнул бандит. — И без глупостей!

— Сидеть всем! — рявкнул второй, целясь в остальных из пистолета.

— Д-да, сейчас, — пролепетала девушка и побежала по коридору.

Меня трясло так сильно, что клацали зубы. Сердце выскакивало, а окружающая действительность была видна вспышками. Дикий, животный страх смерти сковал все мое существо.

Они убьет меня. Спустит курок и все. Мамочки! Я не хочу умирать! Нет! Не надо, пожалуйста…

— Заткнись, — рыкнул держащий меня бандит, крепче хватая грубыми руками.