Онлайн книга «Лепестки на волнах»
|
— Этот сброд? – презрительно скривил губы Диего. – Не нужно особой доблести, чтобы истреблять их. Они подобны животным, а их женщины… — Только не говори, что тебя прельстили их женщины! Диего захохотал: — Не скажу. Они столь же несговорчивы, сколь безобразны. О! – он кивнул на лежащую на рундуке гитару с темным грифом и богато украшенным корпусом. – Все еще слагаешь серенады? — Иногда, – уклончиво ответил Мигель. — Не одолжишь мне на сегодняшний вечер? — Диего, стены, окружающие дом де Вильянуэва, высоки, а сторожа злы. В голосе старшего брата отчетливо слышалась тревога, но Диего беспечно рассмеялся: — Огонь страсти сжигает все преграды на своем пути. — Смотри, как бы этот огонь не припек тебе пятки. Сеньорита де Вильянуэва просватана за дона Сальвадора де Васкеса. Он не прощает обид. Да и ее отец шуток шутить не любит. — Не впервой! — Пеняй на себя, брат. Знай только, что мне бы очень не хотелось лицезреть твой труп с проломленной головой. Диего отмахнулся: — Не о чем беспокоится. В Кадисе не только у дома де Вильянуэва есть благоуханный сад. Лучше скажи, где ты остановился. Или ты и вовсе не сходишь со своего корабля? — На площади Сан-Хуан, белый дом по правую сторону от церкви. * * * Мигеля разбудил громкий, лихорадочно-торопливый стук в дверь. Он выскочил из спальни и едва не столкнулся на лестнице со слугой: старый Густаво, шаркая, спускался вниз. В руках у него был мушкет времен войны во Фландрии. Из каморки под лестницей выглядывала заспанная перепуганная Марселина, кухарка. Стук повторился, и Густаво крикнул, вскидывая мушкет: — Терпение, терпение, мой добрый сеньор! Сейчас я вас привечу! — Откройте! Во имя милосердия… Мигель похолодел, узнав голос Диего. — Убери мушкет, Густаво! Он слетел по лестнице и, отодвинув засов, распахнул дверь. И едва успел подхватить брата, сползающего по стене дома. — Ты ранен?! Густаво, лекаря! — Не надо лекаря… – пробормотал Диего и обмяк в его руках. Проявив неожиданную прыть, Густаво велел растерянно застывшей Марселине найти чистого полотна и согреть воды. Затем он помог Мигелю перенести Диего в спальню и устроить на кровати. Роскошный камзол Диего превратился в лохмотья, немного выше колена правой ноги обнаружилась обильно кровившая рана: бедро было разорвано клыками необычайно крупной собаки. На руках имелись и другие укусы, поменьше. Густаво много лет тянул солдатскую лямку, и, как и всякий солдат, был сведущ в ранах. Осмотрев Диего, он заявил, что, хвала Господу, бедренная артерия не задета и жизни молодого сеньора ничего не угрожает. Мигель склонен был с ним согласиться, поскольку в ином случае Диего истек бы кровью на месте. Что-то ворча себе под нос, старый слуга ушел к себе. Мигель с тревогой и досадой смотрел на бесчувственного Диего, распростертого на кровати. Куда непутевый брат вляпался на этот раз? Или его занесло еще и поохотиться в Сьерра-Морене? Вернулся Густаво, держа в руках круглую коробочку из желтоватого металла, внутри которой была странно пахнущая темная мазь. — Что это? – подозрительно спросил Мигель. — О, это снадобье творит чудеса! Не извольте беспокоится, мне его дал один монах. Святой человек, отшельник с горы Альмансор. Мигель кивнул и вдруг спохватился: — Надо проверить, нет ли крови на мостовой перед домом… |