Книга Друг отца. Под кожей греха, страница 169 – Anna

Я вскинула подбородок.

— Не смей давить на меня.

— У тебя не было права решать! Ни за меня, ни за нашего ребёнка!

Он сорвался впервые за весь разговор. И именно это выбило почву из-под ног сильнее, чем любое обвинение. Адриан редко повышал тон. Ещё реже — показывал, что ему больно.

Я сглотнула.

Нет. Нет, нельзя.

Стоит мне сейчас размякнуть, и все. Я снова окажусь там, где уже была рядом с ним: в красивой клетке, обитой бархатом, дорогими вещами и его вниманием. А я слишком хорошо знаю, как опасно привыкать к хорошему.

Поэтому я сделала единственное, что умела, когда становилось слишком страшно.

Отступила.

— Мне не о чем с тобой говорить.

Резко развернулась и пошла прочь по деревянному настилу вдоль берега. За спиной тут же послышались его шаги, и я только прибавила темп. Холодный воздух резал легкие. Подумаешь. Боль вообще штука привычная.

— Анастейша, стой.

Я не остановилась.

— Анастейша.

Его пальцы сомкнулись на моем запястье.

Я дернулась.

— Отпусти!

— Нет, пока ты не перестанешь убегать от меня как от пожара!

— Я не убегаю, а ухожу!

— Это одно и то же!

Я рванулась сильнее. Всё произошло нелепо, глупо, по-идиотски быстро. Под подошвой скользнула мокрая доска. Равновесие исчезло мгновенно. Я ахнула, взмахнув рукой. Увидела, как у Адриана расширяются глаза. И в следующую секунду ледяная вода сомкнулась надо мной.

Холод был нечеловеческим.

Он не просто обжег — он вгрызся под кожу, пронзил ребра, выбил из груди весь воздух. Я распахнула рот, но только захлебнулась. Мир превратился в темную, бурлящую, бесформенную массу. Шерстяное пальто тянуло вниз, а в голове вспыхнула короткая, дикая мысль:вот же нелепая смерть.

Сильные руки рывком потянули меня вверх. Я закашлялась, вынырнула, уцепилась за плечи Адриана и, стуча зубами, услышала над ухом:

— Господи, Анастейша… Черт возьми… Черт!

Адриан выбрался на берег сам и вытащил меня следом. Я замёрзла так сильно, что не чувствовала пальцев. Мокрые волосы прилипли к лицу, одежда облепила тело, а в туфлях хлюпала вода. Красота. Настоящая героиня романтической сцены.

Он опустился передо мной на колени и обеими ладонями сжал моё лицо.

— Посмотри на меня.

Я моргнула. Ресницы слиплись.

— Вот видишь, — прохрипела. — Даже утонуть без тебя нормально не могу.

У него вырвался почти безумный смешок. Не от веселья — от перенапряжения.

— Ненавижу твой характер.

— Взаимно.

— Лгунья.

— Сам такой.

Он смотрел на меня несколько долгих секунд, потом вдруг прижался лбом к моему лбу. Его дыхание было сбитым, горячим, и на контрасте с ледяной водой я едва не застонала от этого тепла.

— Никогда больше так не делай, — тихо сказал Адриан. — Не исчезай. Не решай за меня. Не уходи так, чтобы я сходил с ума, не понимая, где ты и жива ли вообще.

Я закрыла глаза.

Внутри всё ещё было упрямство, но сил на войну не осталось. Наверное, их смыла вода вместе с остатками моей гордости.

— Я боялась, — призналась едва слышно. — Боялась, что однажды ты проснешься и поймешь, что я тебе больше не нужна. Что все это закончится. А я уже не смогу жить как раньше. Не смогу без тебя, без этой… жизни. Без ощущения, что рядом есть человек, который смотрит на меня так, будто я — не ошибка.

Адриан отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть мне в глаза.