Книга Беглянка в Звездной Академии Астрея, страница 83 – Полина Ордо

Лютер обхватил меня, прижал к себе крепче и вдруг сдавленно застонал, в голос. От этого мурашками покрылась и завелась еще сильнее. Мне нравилось все: поза, контроль и вид почти побежденного Лютера, который добровольно сдался. Смотрела ему в глаза и ловила каждый стон, от которого внутри наслаждение лишь нарастало.

Тяжело выдохнув, Лютер крепче сжал меня за бедра и вдруг в его глазах что-то промелькнуло. Я рано расслабилась и поплатилась за это. От резкого и неожиданного толчка вскрикнула и закусила губу. Ноги задрожали, так горячо и сладко было. Теперь уже мне пришлось держаться изо всех сил.

Царапала пальцами стену и содрогалась от каждого толчка, пытаясь сдерживать стоны и крики. Лютер же смотрел мне в глаза и ловил каждый мой вдох. Я дышала жаром. Уже плохо соображала. Упиралась то в стену, то в плечи Лютера, пытаясь не сойти с ума. Ощущения были такими острыми и приятными, что размеренный, пусть и жесткий ритм доводил до экстаза.

— Я… я больше не могу, Лютер.

— Можешь!

Всхлипнув, просто обмякла в его руках, запрокинув голову. А Лютер дорвался до моей шеи. Целовал ее, покусывал, а потом и вовсе, удерживая одной левой, требовательно накрыл пальцами мою грудь. Вспышка удовольствия была обжигающей. Я слишком жадно и ярко реагировала на такую ласку. Дышать было нечем. С каждым толчком принимала Лютера глубже и яростнее, не понимая, как вообще справлялась с таким напором.

Мир качнулся и поплыл. Я ощутила холодную скамейку под лопатками, а мои ноги взметнулись вверх, удобно устраиваясь на плечах Лютера. Первый же мой стон подстегнул его двигаться сильнее и яростнее. Дышать было нечем. А прохладные губы Лютера лишь раззадоривали, как и его пальцы на моем лице. Словно изучал и запоминал меня.

Больше не могла сдерживаться. Гортанно и с наслаждением кричала, подвывая от удовольствия и от того, что не нужно было делать это в подушку. Лютер яростно двигался, почти вколачиваясь в меня. Жестко держал и целовал, покусывал мою шею. Все сильнее и сильнее. Будто хотел оставить на мне след.

— А так ненавидишь?

— Нет… Не дождешься. Больше не играю в твои игры!

— Лгунья. Маленькая лгунья!

Лютер припал губами к жилке на моей шее, а я поняла, что пропала. Ждала каждой ласки. Стонала. Кричала. До льдистого жара в горле и покалывания в кончиках пальцев. До онемения в щеках. Лютер уверенно натягивал пружину наслаждения, умело уводя меня от пика. Балансирование на грани продолжалось долго, пока не закончилось рычанием Лютера и моими глупыми рефренами “о, да” и “еще”. Музыка для его ушей.

Ухнула в черноту с головой и такое стремительное падение мне нравилось.

Теперь оглядываться приходилось в два раза чаще, потому что не только Натан в затылок дышал, Лютер тоже крутился неподалеку. Хотя в отличие от того же Натана чувства открыто не проявлял, даже наоборот. Полная отстраненность, холодность и жесткость. Даже взгляд был пустым. Личное и профессиональное Лютер разделять умел очень хорошо. А вот наедине показывал свое истинное лицо. Кто бы знал, что за суровой толщей льда пылает такой огонь

Боевое дежурство свелось к банальной рутине, а нас гоняли лишь на полеты, отрабатывая слаженность и координацию. После третьего вылета я уже довольно сносно справлялась со всем и не боялась, что что-то пойдет не так.