Книга Отморозок 12, страница 91 – Андрей Поповский

— Так просто не отделаешься.

Она, дразня качает головой и показывает острый розовый язычок.

— А я и не собирался, — не отрываясь смотрю на нее.

Она еще секунду смотрит мне в глаза, а затем, крепко схватив шею, сама тянет к себе. Мы целуемся, позабыв обо всем. И у меня в голове больше не горит красный цвет светофора.

Я пришел туда, где меня действительно ждали. К женщине, которая в самый тяжелый момент не испугалась, не предала и ничего не потребовала взамен. Для наших странных отношений это значит гораздо больше любых слов.

Чувствую, как Кристина увлекает меня из кухни в комнату, не отрываясь губами от моих губ и на ходу расстегивая ремень на моих джинсах. Мы быстро оказываемся на диване. Чемодан летит на пол, а мы торопливо на ощупь раздеваем друг друга, путаясь руками в одежде.

Кристина, стягивая с меня джинсы, случайно задевает повязку на ноге, и я непроизвольно вздрагиваю. Она испуганно замирает.

— Ой. Извини! Я совсем забыла. А тебе вообще можно?

— Врач запретил только бегать и драться. Про тебя ничего не сказал.

Я закрываю ей рот поцелуем и все, что осталось за дверью этой квартиры, на время перестало иметь значение.

* * *

Через некоторое время мы снова оказываемся на кухне. Кристина успела накинуть халат, а я натянул джинсы и рубашку, но застегивать ее не стал. Повязка на ноге немного сбилась, и пришлось поправить ее, выслушивая ехидные комментарии хозяйки квартиры о мужчинах, которые даже отдыхать нормально не умеют.

Кристина ставит на плиту чайник, а я осторожно усаживаюсь на табуретку и вытягиваю больную ногу под столом.

— Вот так и сиди, — строго приказывает она. — Никаких резких движений.

— Уже командуешь?

— Кто-то же из нас двоих должен думать головой. — ехидно замечает Кристина.

— А я чем, по-твоему, думаю?

Кристина выразительно смотрит на меня, затем переводит взгляд ниже пояса.

— Судя по последним событиям, явно не головой.

— Все это клевета и грязные наветы.

— Чистая правда.

Она берет коробку с тортом, срезает ленточку и поднимает верхнюю часть. Внутри коробки все красиво и воздушно. Изучает состав на этикетке и одобрительно кивает.

— Ты смотри, даже приличный купил из натуральных продуктов. Я ожидала чего-нибудь маргариново-парафинового.

— Как можно? Я серьезно подошел к вопросу. — качаю головой, искренне забавляясь нашей пикировкой.

— Вижу. Цветы, торт… Ты точно ничего больше не натворил?

— Сегодня еще нет.

— Так день еще только начался, — вздыхает Кристина.

Она достает из буфета две чашки и тарелки, находит в одной из коробок, стоящих на кухне, нож для торта. Потом режет торт, кладет по кусочку на тарелки и ставит одну передо мной.

— Ешь. Тебе сейчас нужно восстанавливаться.

— Хирург говорил то же самое.

— Значит, умный человек. — кивает она.

— Ты же его не знаешь.

— Зато вижу результат. Неделю назад ты был весь в крови и никакой, а сейчас щечки стали румяными, а ручки шаловливыми.

Кристина подмигивает и многозначительно смотрит на мои руки, которые еще несколько минут назад ласкали ее тело.

— Значит, лечение помогло. — развожу руками.

Кристина кивает и садится напротив. Несколько секунд мы молча пьем чай. За окном ветер бросает снег в стекло. На подоконнике в трехлитровой банке стоят алые розы. Огромный дорогой букет в обычной трехлитровой банке выглядит немного нелепо, но Кристина, похоже, довольна.