Книга Отморозок 12, страница 130 – Андрей Поповский

— Садитесь, — радушно сказала она. — Сейчас чайник поставлю.

Она начала доставать чашки из буфета.

— С сахаром?

— Один кусочек.

— У меня варенье есть. Смородиновое.

— Спасибо, не надо.

— Зря. Свое домашнее.

Вика села у окна. Отсюда хорошо был виден дом Валентины Сергеевны. Даже окна ее бывшей квартиры. Юлия Николаевна поставила чайник на плиту.

— Валя хорошая женщина.

— Знаю. — кивнула Вика.

— Очень за сына переживала. Особенно после Афгана.

Женщина покачала головой.

— Я думала, она тогда совсем сломается. Сначала похоронка почти… Ну не похоронка, а это самое… — Извещение о пропаже без вести.

— Да. А потом вы приехали и сказали, что живой.

Юлия Николаевна обернулась.

— Она после вас неделю сама не своя ходила. То плачет, то смеется.

Вика опустила глаза.

— Потом стало легче? — спросила она.

— Не сразу.

Чайник, закипая, начал шуметь.

— Юрка, он ведь после того, как его молния ударила, совсем другим стал. До этого тихий был и спокойный. Не видно не слышно его было. А после, прямо как подменили парня.

Юлия Николаевна поставила на стол чашки.

— Валя тогда говорила: другие дети как дети, а мой обязательно чего-нибудь найдет на свою голову. Вика усмехнулась.

— Похоже.

— А вы давно замужем?

Вика посмотрела на свое обручальное кольцо.

— Несколько лет.

— Дети есть?

— Дочка Настя, ей три года.

— Вот и хорошо.

Юлия Николаевна поставила перед ней сахарницу.

— Значит, правильно жизнь устроили.

— Наверное.

— А муж то хороший?

Перед глазами у Вики на секунду возник Иван за стеклом комнаты свиданий. Синяки, разбитое лицо, тяжелый взгляд.

— Хороший. — кивнула она.

Юлия Николаевна заметила изменение ее лица.

— Что-то случилось?

— Нет.

— Вы уж извините. Я иногда спрашиваю больше, чем надо. — повинилась хозяйка квартиры.

— Ничего. — Вика слабо улыбнулась.

Они некоторое время пили чай молча. Потом Вика спросила:

— Валентина Сергеевна сильно болела перед отъездом?

— Да вроде нет. Давление только. Но это возрастное.

— Тогда почему так внезапно уехала?

Юлия Николаевна поднесла чашку ко рту и остановилась.

— Ну… обстоятельства возникли.

Вика ничего не сказала. Женщина сделала глоток.

— Может, надоело одной.

— К кому она могла уехать?

— Не знаю.

— Юлия Николаевна.

— Что?

— Вы мне можете сказать правду. Я не чужая ни для Юры, ни для Валентины Сергеевны. Мне просто важно знать, что там все в порядке. Ни одно слово, сказанное вами, от меня не никуда уйдет. — твердо сказала Вика.

На кухне повисла тишина. Наконец Юлия Николаевна сказала:

— У Вали все в порядке, она сейчас хорошо живет.

И сразу замолчала. Вика не пошевелилась. Несколько секунд они смотрели друг на друга. Женщина раздраженно поджала губы.

— Вот ведь язык мой.

Вика не давила. Просто ждала. Потом тихо спросила.

— Вы с ней общаетесь?

— Не знаю я ничего. — упрямо покачала головой хозяйка квартиры

— Общаетесь же.

— Ну какая вам разница?

— Большая.

— Вы же замужем. Ребенок у вас. Живите своей жизнью.

Слова были простыми, но ударили неожиданно сильно. Когда-то почти то же самое сказал Юра. Вика поставила чашку на стол.

— Я и живу. — тихо сказала она.

Юлия Николаевна посмотрела на нее.

— Тогда зачем вам это?

— Хотела бы сама знать.

Голос предательски дрогнул. Совсем немного. Вика разозлилась на себя и отвернулась к окну.