Книга Отморозок 12, страница 127 – Андрей Поповский

— Это не комплимент.

— Я поняла.

Кацман вернулся к столу, но уже не сел.

— Что именно вам рассказал Тима?

— Достаточно.

— Тогда тем более разговаривайте с ним.

— Он считает, что тех людей отправили вы.

Лицо Кацмана осталось неподвижным.

— Тимофей может считать все что угодно, но это только слова опустившегося человека и никаких доказательств им нет.

— Вы знали, сколько денег они увозили.

— Конечно, я организовывал бои.

— Знали, когда они уехали.

— Это знало ползала.

Вика резко сменила тему.

— Скажите, между вами и Юрой что-то произошло?

Вот теперь Кацман посмотрел на нее совсем иначе.

— Кто вам это сказал?

Вика поняла, что попала.

— Значит, произошло.

Марк Абрамович медленно выдохнул.

— Послушайте меня, девушка.

В его голосе исчезла вся прежняя елейность.

— Не знаю, кем вам приходился Костылев. Не знаю, зачем вы сейчас копаетесь в его прошлом. И знать не хочу.

— Я просто пытаюсь понять этого человека.

Кацман криво усмехнулся.

— Тогда желаю вам удачи.

— Вы его боялись?

Пауза. Очень долгая.

— Да.

Ответ прозвучал спокойно. И от этого оказался убедительнее любого рассказа.

— Семнадцатилетнего мальчишку?

Кацман посмотрел на нее почти с раздражением.

— Вот в этом была моя ошибка.

— Какая?

— Я тоже сначала решил, что передо мной просто мальчишка.

Вика молчала. Кацман отвернулся и подошел к окну.

— Больше я про него ничего не скажу.

— Почему?

— Потому что не хочу.

— Он вам угрожал?

Кацман усмехнулся, не оборачиваясь.

— Виктория Сергеевна, давайте оставим эту тему.

Она закрыла блокнот и поднялась. Пошла на выход но у двери остановилась и обернулась.

— Марк Абрамович.

— Что?

— Мне стоит держаться от него подальше?

Кацман наконец повернулся.

— А вы ему кто?

Вика несколько секунд думала над ответом.

— Когда-то мы были близки.

На лице Кацмана появилось странное выражение. Почти облегчение.

— Тогда я вам ничего советовать не буду. Может, лично для вас он совсем другой человек.

— А для вас?

Он посмотрел на нее.

— А я очень рад, что восемь лет его не видел. И не хотел бы увидеть впредь.

Вика кивнула и вышла из кабинета. Уже в коридоре она остановилась и открыла блокнот. Под фамилией Кацмана написала всего одну фразу: «Я тоже сначала решил, что передо мной просто мальчишка».

Несколько секунд смотрела на нее, потом закрыла блокнот. Кацман почти ничего ей не рассказал. Но почему-то этого оказалось достаточно.

* * *

Владимир остановил машину возле знакомой пятиэтажки. Вика несколько секунд смотрела через стекло на окна первого этажа. Дом Юры почти не изменился. Те же бетонные козырьки над подъездами, облупившаяся краска на лавке, несколько старых тополей во дворе. Только машин стало заметно больше.

Она уже дважды приезжала сюда. Первый раз — после разговора с дедом. Валентине Сергеевне тогда сообщили, что сын пропал без вести в Афганистане, а Вика приехала сказать совершенно невозможное — что Юра жив. Второй раз она была позже. Тогда она снова привезла новости о Юре. Его странное дело закрыли, материалы отправили в архив, искать и проверять его больше никто не собирался. Оба раза новости приносила она. Теперь Вика сама приехала искать новости.

— Мне с вами? — спросил Владимир.

Она покачала головой.

— Нет. Я здесь уже раньше бывала.

Владимир посмотрел на подъезд.

— Квартира какая?