Книга Книга мертвых, страница 25 – Валерий Шарапов

Приятно, когда у тебя под рукой живая библиотека. И страницы листать не надо — задай вопрос и получишь полный ответ.

— Чем прославился? — поинтересовался я.

Листратов прокашлялся, поднялся со стула и стал мерить шагами комнату, рискуя наткнуться на стол и стулья, читая хорошо поставленным языком лекцию.

— Из мещанской семьи. Учеба на медицинском факультете в Санкт-Петербурге, потом на философском. В студенческие годы его закрутила предреволюционная карусель, когда все бурлило, кипело и не было места, где можно спрятаться от исторического процесса.

Он все же врезался со всего размаха в свой стол, удивленно посмотрел на него, будто видит в первый раз, а потом, как ни в чем не бывало, снова заметался по кабинету:

— Прославился серией статей про русское масонство, которое чихвостил самыми грязными словами. Был участником одной из масонских лож, после чего преисполнился к этому тайному движению горячим негодованием.

— Эка его штормило.

— Еще как. За революционную деятельность загремел в ссылку. Потом заграница, где прошелся по всем революционным кругам в изгнании и перезнакомился со всеми патриархами социал-демократического движения. Знал лично Кропоткина. Встречался с Лениным. Опять Россия. Февральская и Октябрьская революции. Гражданская война, в которой дослужился до комиссара дивизии. Побывал в рядах и анархистов, и эсеров. Везде отличался экспрессивностью и экзотичностью, склонностью всегда плевать против ветра, куда бы этот ветер ни дул.

Профессор еще много чего рассказал в своей спонтанной лекции. О том, что Полесский периодически выдавал статьи о «коммунистической мистике», где утверждал, что коммунизм — движение мистическое и двигать его должны мистики. Издал книженцию, где в фантастической форме рисовал будущее человечества наподобие иерархии муравьев — где каждый должен занимать назначенное место, пользоваться назначенными благами и не мечтать о большем. Только так рождается единая божественная коммунистическая сущность — из порядка и иерархии, а не из хаоса и спонтанных стремлений. За эту дурь его пару лет полоскали в партийной печати.

На некоторое время приткнулся у своего старого знакомого Богданова, тоже достаточно странной и где-то выдающейся личности, философа, публициста, автора идей тектологии, пролеткульта с лозунгами «Долой Пушкина», а заодно фантастического романа «Красная звезда». Кстати, роман я читал в свое время с интересом, изумлением и недоумением. Там на Марсе построили коммунизм, в результате планета расцвела, была перенаселена, жить стало негде, вот марсиане и организовали экспедицию на Землю, чтобы в перспективе уничтожить всех землян и плодиться уже на нашей очищенной от аборигенов планете.

У Богданова Полесский пригрелся заместителем в только что созданном Институте крови. Там они вместе бились над созданием нового человека и проверяли какие-то дикие идеи — что с переливанием молодой крови происходит омоложение и меняется личность.

Из Москвы Полесский уехал в 1928 году, когда его руководитель и соратник Богданов погиб, проводя на себе опыты по переливанию крови. Связан отъезд с этим несчастьем? Да кто знает.

Полесский оказался в Поволжье, в городе Древоградске, где отвечал за агитацию, пропаганду, издательскую деятельность в только что переформатированной под новое территориальное деление страны областной организации ВКП (Б). Там и погиб.