Книга Позывной «Оборотень», страница 74 – Эльхан Аскеров

Каждое полнолуние толпа крепких, сильных мужчин превращалась в неуправляемую стаю, одержимую только одной мыслью. Кровь. Живая, свежая кровь и сырое, горячее мясо, которое они жаждали рвать зубами. И каждое полнолуние эта стая отправлялась на охоту, чтобы добыть это мясо. Благо копытные хорошо плодились в степи. Но каждый раз, возвращаясь с охоты и снова став обычными людьми, они дружно прятали друг от друга глаза, стесняясь того, что сделали. Но самое неприятное, что сырое мясо животных не могло полноценно заметить им человечины. И именно это заставляло их прятать глаза.

Внимательно наблюдавший за группой профессор, заметив это, только с довольным видом потирал руки. Заметив его веселье, генерал Марков, под чьим командованием и с чьего благословения проводилось это исследование, не выдержал и однажды, воспользовавшись отсутствием в лаборатории посторонних, решительно потребовал ответа:

— Чему вы так радуетесь, профессор? Тому, что людям стыдно за действия, которые они не в состоянии контролировать?

— Тому, что теперь я могу использовать этот стыд, – презрительно фыркнул в ответ учёный глист.

Другого определения внешности этого человека генерал подобрать просто не мог.

— Каким образом? – насторожился Марков.

— Простыми психологическими приёмами. Это поможет мне держать это стадо в узде и управлять им так, как мне нужно, – пожал плечами профессор, снова утыкаясь носом в бумаги.

Это самоуверенное «мне» не укрылось от внимания Маркова. Сделав вид, что не заметил этой оговорки, генерал отложил себе зарубку на память. Но словно специально, в этот момент профессор оторвался от своих бумаг и, резко поднявшись, заявил:

— Всё. Пора начинать третий этап эксперимента. Прикажите привести всех баб к выходу из бункера. Нужно поставить им задачу и сразу объяснить, что будет с теми, кто вдруг решит отказаться.

— И что вы собираетесь с ними делать? – не понял генерал.

— Пустить на мясо, – жёстко отрезал учёный сухарь. – Выпускать отсюда их нельзя. Скормим зверям в следующий период обращения. И режим секретности сохраним и этим, – тут он презрительно кивнул на экран монитора, – далеко бегать не придётся.

— Профессор, а вам не кажется, что это, – генерал точно так же кивнул головой на монитор, – не просто звери, а бойцы элитных подразделений, которых я позволил вам использовать в определённых целях?

— Позволили? – с интересом переспросил профессор, разворачиваясь к нему всем телом. – Позвольте напомнить вам, господин генерал, что это вы пришли ко мне и слёзно просили сделать хоть что-то, что позволило бы вам переломить ход начавшейся войны. Я согласился. А теперь вы заявляете, что это элитные бойцы? Что же это за элита такая, если не смогли загнать противника обратно? А теперь прекратите нести чушь и займитесь своим делом.

— Не зарывайтесь, профессор. Не забывайте, что в этом бункере все офицеры выполняют мои приказы. Это моя база, все, кто здесь находятся, подчиняются мне. Стоит мне только пальцами щёлкнуть, как вас просто выведут в степь и шлёпнут, как паршивого мародёра, – зарычал в ответ Марков, чувствуя, как ярость ударила в голову.

— А что с этим зверьём делать станете? – иронично усмехнулся профессор, воинственно сверкнув очками. – Вы, со своим военно-техническим образованием, и половины того, что здесь написано, не поймёте, – добавил он, покачивая в руке толстую папку с бумагами.