Книга Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход, страница 200 – Эльхан Аскеров

Одни братья охранники чего стоили. С одного взгляда становилось понятно, что эти варнаки прирежут, и фамилии не спросят. Прошмыгнув через огород, Матвей перебросил добычу через забор и, одним прыжком перемахнув его, снова нагрузился, словно верблюд. Обойдя торговую площадь по большой дуге, он добрался до тракта, по которому им предстояло ехать домой, и в десяти шагах от перекрёстка быстро выкопал ножами неглубокую яму, предварительно срезав дёрн.

При себе он оставил только пачку ассигнаций для закупки хлеба. Всё остальное спрятал. Благо всё добытое удалось упаковать в крепкую мешковину, найденную в том же подвале. В том, что и полиция, и бандиты примутся после такого налёта землю носами рыть, он даже не сомневался. Так что даже трофейные ножи в схроне оставил. Выбросить хорошее оружие у него рука не поднялась. В общем, к своей подводе парень вернулся налегке.

Григорий, похоже, так и не сомкнувший ночью глаз, встретил сына тихим ворчанием и крепкими объятьями. Устало улыбнувшись, Матвей быстро стянул с себя старую черкеску и, сунув её в небольшой костерок, тихо проворчал, протягивая отцу деньги:

— Держи, батя. Теперь мы сможем хлебом серьёзно закупиться.

— Откель взял? – растерянно спросил казак, глядя на пачку ассигнаций неверящим взглядом.

— С бандитов трофеем снял. Им теперь без надобности, а нам мор пережить надобно, – отмахнулся парень, начиная быстро орудовать ложкой.

С ужина в котелке остался ещё тёплый кулеш.

— Это всё? – еле слышно спросил кузнец, протягивая ему толстый кус хлеба.

— Ещё чего, – фыркнул Матвей. – Остальное спрятал. Обратно поедем, подберём.

— Матвейка, за такую добычу и по тракту кандалами зазвенеть можно, – строго напомнил Григорий.

— Бать, ну я ж не дурак, – отмахнулся парень. – Брал только то, что никак на меня указать не может. А кое-что на чёрный день спрячем. Пусть полежит до сроку. Нам того, что ассигнациями взял, надолго хватит.

— Выходит, ты грабителей ограбил? – помолчав, иронично усмехнулся кузнец.

— Чего это ограбил? – возмутился Матвей. – Как положено, с бою взял. Да и то не всё. Там, чтобы всё вывезти, наших двух подвод маловато будет. Брал только самое дорогое.

— С бою? – тут же подобрался кузнец. – И как управился? Стрелял?

— Не суетись, батя. Ножами сработал, – хищно усмехнулся парень. – Тихо всё прошло. И не видел меня никто. А кто видел, тот уж не расскажет.

— Ну, Матвейка, – растерянно покрутил кузнец головой. – Я и подумать не мог, что сын у меня в варнаки подастся.

— Бать, ну ты хоть думай, чего гуторишь, – снова возмутился Матвей. – Я их не трогал. По своим делам приехал. Сами всё затеяли. Или мне надо было дождаться, когда они нас резать придут?

— Уймись, – жёстко осадил его Григорий. – Знаю, что не ты их искал. А вот что теперь будем соседям говорить? Как скажем, откель деньги?

— А мы должны? – выгнул Матвей бровь.

— На каждый роток платок не накинешь. Всё одно болтать станут, – вздохнул кузнец.

— А ты сильно деньгами не размахивай, а станут спрашивать, отвечай, что я пару наших клинков какому-то знакомцу продал. Потому и уходил в вечёр, – быстро нашёлся парень. – Никто ж не знает, сколько мы их сюда привезли. Или ты рассказал кому?

— Нет. Такого разговору не было, – подумав, решительно отказался мастер.