Книга Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход, страница 187 – Эльхан Аскеров

— Погоди. Ведь ежели она тоже старой крови, как и я, тогда почему ей не можешь помочь? Ну, если про силу не говорить, – поспешно добавил парень.

— Так ты благословение моё принял. На капище был. А она только в церковь ходит. Да только распятому до неё и дела нет. Ему страдания подавай.

— Не любишь его? – не сдержал Матвей любопытства.

— Я рабов не люблю. А ему только того и надобно. Я воев растил, а он всё про смирение бубнит. Нет во мне смирения. И в тебе тоже нет. Иль ты решил, что я себе воя выбрать не могу?

— Так я вроде больше мастеровой, – растерялся Матвей.

— А прежде, там, в том времени, кто пластуном был? – тут же поддел его голос. – Кто в горах абреков гонял?

— Да я там всего несколько месяцев был, – проворчал Матвей, не любивший вспоминать ту командировку.

Слишком там всё было мерзко и кроваво. Особенно после того, как рота проводила зачистку селений, в которых обитали духи.

— Всё одно, труса не праздновал и от боя не уходил. А что до того, тебе она назначена или нет, так скажу. Была у меня мысль свести тебя с девкой, да только она сама судьбу свою выбрала. С пришлым каким-то сбежала.

— Что-то не помню я такого в станице, – удивился Матвей.

— Не здесь это было. В предгорьях.

— Да уж, география у тебя, батюшка, – озадаченно протянул парень, пытаясь вспомнить, какие станицы там находятся. По всему выходило, что это были уже терцы. Впрочем, подобные браки тут даже приветствовали. Свежей крови в станицах всегда были рады.

— Было время, тут по всей округе меня почитали. Да и теперь ещё несколько родов имеются, что меня помнят. А кое-кто даже громовую стрелу носит.

— Ну, мне это не грозит, – хмыкнул Матвей.

— Чего это? Ты благословение моё принял. С именем моим в бой идёшь. Значит, коль захочешь, смело надевать можешь.

— Так там вроде обычаев да обрядов ещё кучу соблюсти надобно.

— Не до обрядов теперь. Мне не обряды, мне силы нужны, – вздохнул Перун. – А девку бери. Женись на ней, парень. Уж поверь, другой такой не найдёшь. Я о том и не знал, да понял вдруг, что вы с ней как ножны к шашке, одно целое будете.

— Дай хоть до осени подумать, – проворчал Матвей, уже из чистого упрямства.

— Думай, да только знай. Иная к тебе так не отнесётся. Помни, как тебя девки в станице кличут. Спи.

Голос стих, а Матвей, перевернувшись на другой бок, успел вспомнить ярко-синие глаза и ямочки на щеках Катерины.

«Может, и вправду жениться», – подумал он, проваливаясь в сон без сновидений. Как обычно бывало после общения с пращуром.

* * *

На ярмарку казаки ехали в мрачном настроении. Мор вроде как и закончился давно, а всё одно слухи по уездам ходили разные, и даже старые знакомые при встрече старались держаться подальше. Впрочем, все всё понимали и обид не таили. Базарный старшина в этот раз даже не решился лично подойти, чтобы поговорить с приехавшими. Прислал посыльного с уже выправленными бумагами на торговлю.

Матвей, вспомнив, что он интересовался замками, выложил свой товар на прилавок и, иронично усмехнувшись, негромко проворчал:

— Интересно, что у него перевесит? Страх или жадность?

— Ты это про что? – не понял кузнец.

— А про старшину. Он же замками интересовался. Вот я и думаю, рискнёт прийти сам, чтобы их выкупить, или плюнет?

— Человека своего пришлёт, – усмехнулся Григорий. – Этот своего не упустит. Ну да бог ему судья. Ты, главное, цену держи.