Книга Зигзаги судьбы, страница 72 – Эльхан Аскеров

— Погоняй, парень. Время дорого.

Ухоженные, сытые кони дружно навалились на постромки и рысью поволокли коляску к реке. Спустя час компания была на месте. Никита, пользуясь знанием местности, подвез их к самой заводи. Усадив деда с удочкой на берегу, Егор принялся готовить все к приятному отдыху. И пока они суетились, Иван Сергеевич успел вытянуть пару подлещиков. Похоже, рыбалка обещала быть удачной. Спустя еще примерно сорок минут все четверо сидели чинным рядком, с удочками в руках.

Краем сознания Егор успел отметить про себя, что казак на рыбалку вооружился, словно в долгую дорогу. Пара револьверов, ножи. Только винтовки брать не стал. Впрочем, Егор и сам прекраснодушием не страдал, потому прихватить оружие не забыл. К полудню клев спал, и вся компания решила малость перекусить. Никита быстро собрал по округе валежник и запалил небольшой костерок. Вскипятить воды для чая.

Иван Сергеевич, пересев со складной табуретки в легкое плетеное кресло, которое они привезли с собой, с удовольствием отдал должное искусству стряпухи и, попивая круто заваренный чай, довольно щурился, поглядывая на внука.

— Ты чего, деда? – насторожился Егор.

— Вырос ты, Егорушка. Совсем вырос. Уже вон на дуэлях дерешься. Корнета окоротил так, что все общество онемело. Об одном только жалею, что поздно нас судьба свела. Ну, да и так, слава богу. Настоящий Вяземский вырос. И вой не из последних, и ума палата. Храни тебя царица небесная, сынок, – с грустной улыбкой перекрестил он парня.

— Ты чего, деда? – растерялся парень. – Ты словно прощаешься со мной.

— Пути господни неисповедимы, – вздохнул старик. – Никто не знает, сколько кому отпущено.

— Дед. Нам с тобой еще волков зимой бить. Уймись, бога ради, – растерянно попросил Егор, не понимая, как реагировать на его слова. – Не зови безносую прежде времени.

— Не зову, – качнул старик головой. – Готовым быть хочу.

Собравшиеся притихли, не понимая, как вести себя дальше. С одной стороны, ни казака, ни тем более кучера это не касалось, а с другой – старик был хозяином добрым, рачительным и всегда старался сделать так, чтобы в имении всем жилось вольготно. Сообразив, что молодежь растеряна, Иван Сергеевич вдруг широко улыбнулся и, махнув рукой, ехидно поинтересовался:

— Ну, чего притихли? Иль никогда прежде не знали, что каждому свой срок приходит рано или поздно? Хватит тоску наводить. Никитка, еще чаю налей, – скомандовал он притихшему кучеру.

Вздрогнув, Никита вскочил и быстро наполнил чашку старика. Благодарно кивнув, Иван Сергеевич пригубил напиток и, усмехнувшись, проворчал:

— Вот чего мне в имении всегда не хватало, так это жизни походной. Чтобы и чай, вот как теперь, крепкий до горькости, и кулеш с дымком. Ты, Роман Архипыч, должен понимать, о чем я.

— Это верно, – грустно усмехнулся казак в ответ. – Потому и обрадовался, когда Егор Матвеич к себе в службу позвал. Хоть какая воля в походе. Да только и мое время кончается.

— А как же Егорка? – моментально вскинулся старик.

— Покойны будьте, Иван Сергеевич, я уж смену себе присмотрел. Из тех казаков, что теперь имение охраняют. Меня помоложе будет, но ловок, силен и Егорке верным будет. Слово даю. У него, как у меня самого, дома никого не осталось. Да и дома самого давно уж нет. Вот и маялся, пока вы их к себе не позвали. Так что покойны будьте. Не оставим парня без пригляду, – твердо закончил он, глядя старику в глаза.