Книга Зигзаги судьбы, страница 119 – Эльхан Аскеров

— Князь Растопчин, – махнув рукой, призналась графиня.

— Сергей Михайлович? – изумлению парня не было предела.

— Он самый, – уверенно кивнула женщина. – Сей разговор случился при мне. Правда, я сначала не поняла, о ком именно идет речь, и только после, когда подписывала приглашения, узнала, что он говорил о вас.

— М-да. Не ожидал. Вот уж вправду говорят. Не делай добра, не получишь зла, – мрачно усмехнулся Егор.

— От меня вы никогда не получите зла, Егор Матвеевич, – истово заверила его женщина.

— Не сомневаюсь, Вера Ильинична, – проявил парень галантность, хотя больше всего ему хотелось послать ее с ее проблемами куда подальше.

— Что нам с Танечкой теперь делать? – чуть помолчав, осторожно спросила графиня.

— Ну, на вашем месте я бы забрал дочь и уехал куда-нибудь, – брякнул Егор первое, что на ум взбрело.

— Мы не можем теперь уехать за границу. По финансовым причинам.

— А вот за границу и не нужно. Там вас будет достать проще всего. Лучше куда-то к родственникам. Особенно к тем, кто умеет держать в руках оружие. Туда они не сунутся. А ваш муж пусть сам разбирается со своими бедами, раз уж сумел навлечь их на вас.

— Пожалуй, вы правы. Я увезу Танечку, а после вернусь.

— Зачем? – не понял парень.

— Как бы там ни было, но это мой муж. И я давала клятву. В горе и в радости, если вы помните, – гордо выпрямившись, твердо ответила женщина.

— Я не могу этого помнить просто потому, что сам еще ничего подобного никому не обещал, – отшутился Егор, мысленно отдавая ей дань уважения.

* * *

Отправленное дяде письмо с завуалированным указанием на возможный заговор возымело самое неожиданное последствие. Хотя Егор сразу указал, что прямых доказательств у него нет. Все было построено только на предположениях и логических выкладках. Но, судя по всему, и этого оказалось достаточно. Примчавшийся в имение корнет из фельдъегерской службы привез парню письмо от дяди в запечатанном сургучными печатями пакете.

Молодой, чуть старше самого Егора корнет, войдя в кабинет, молодцевато щелкнул каблуками и, протянув пакет, бодро доложил:

— Сударь, отправитель сего просил передать, что очень надеется на вашу расторопность.

— Присаживайтесь, корнет. Сейчас прочту, и все станет понятно.

Присев на самый краешек кресла, корнет выжидательно уставился на парня. Вскрыв пакет коротким кинжалом, Егор достал из него бумагу своего же производства и, чуть усмехнувшись, развернул лист. Ровным, каллиграфическим почерком дяди там было написано, что все его усилия оценены самым высоким образом и что из-за полученного дядей письма парню придется снова приехать в столицу. Это необходимо для серьезного разговора и очередной помощи в переводах.

Стоически вздохнув, Егор сунул письмо в ящик стола и, поднявшись, выглянул в коридор. Позвав слугу, он велел ему отвести корнета к управляющему, чтобы тот озаботился его обустройством на ближайшие два дня. Убедившись, что с посыльным и его конем все будет в порядке, Егор отправился искать Михалыча. Выезжать из имения без сопровождения он давно уже и не пытался. Слишком много было желающих добраться до его головы. Так что пара казаков охраны это даже не оговаривается, как и кучер Никита со своим револьвером.

Крепкому, боевитому мужику явно было скучно жить обычной жизнью, так что Никита подобные выезды воспринимал с большим энтузиазмом. В общем, человек был за любой кипишь, кроме голодовки. Раздав указания, Егор отправился на мануфактуру. Убедившись, что тут все в порядке и никакого срочного вмешательства не требуется, парень велел подготовить к отправке сотню пачек бумаги и вернулся в дом.