Книга Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира, страница 104 – Эльхан Аскеров

Седок, расслабленно попыхивавший модной сигариллой, проявил вялое любопытство, вытягивая голову и пытаясь рассмотреть, что произошло на дороге. Но не успел он и рта раскрыть, чтобы спросить, что случилось, как в пролетку тенью скользнула легкая фигурка, послышался глухой удар, и седок обмяк на сиденье, медленно заваливаясь набок. Словно из-под земли у пролетки возникли четверо мужчин. Один из них показал кучеру полицейский жетон и, поднеся к его носу жилистый кулак, тихо прошипел:

— Тебя тут не было, и ты ничего не видел. Все понял?

— Не извольте беспокоиться, ваше благородие, – нехотя кивнул кучер. – Да только я же теперь заработка лишился. А клиент, по всему видать, денежный.

— Не ной, – фыркнул мужчина, и в воздухе сверкнула подброшенная монета.

К пролетке подъехала закрытая карета, и оглушенного седока ловко перекинули в ее нутро. Щелкнул бич, и карета покатила дальше, а молчаливые тени все так же бесшумно растворились в темноте улицы. Кучер, оглядевшись, быстро перекрестился и, тряхнув вожжами, проворчал:

— Да ну вас всех к лешему. То ли полиция лютует, а то ли казаки чего удумали.

Тем временем три молчаливые тени все так же бесшумно перемахнули забор двухэтажного особняка в белом квартале и, сливаясь с кустами, двинулись к дому. Старый кобель, учуяв чужих, завозился в своей будке, глухо звякая цепью. Но вдруг рядом с будкой в пыль что-то упало, и пес, принюхавшись, выбрался из будки. Старательно изучив упавший предмет, кобель лизнул его и, в два укуса расправившись с угощением, растянулся на земле, положив кудлатую голову на вытянутые лапы.

Тени подобрались к дому, и одна из них, присев у двери, принялась ловко орудовать чем-то в замочной скважине. Еле слышно щелкнул замок, дверь приоткрылась, и тени втянулись в темный коридор. Спустя примерно минут сорок дверь снова распахнулась, и все те же тени вынесли из дома длинный сверток. Старательно прикрыв за собой двери, они проскользнули к калитке и все так же бесшумно растворились в темноте улицы. Послышался топот копыт, стук колес, и снова все стихло.

Моложавый, подтянутый дворянин, аккуратно поддерживая свою спутницу под локоток, подвел ее к фаэтону. Усадив даму в экипаж, он принялся не спеша обходить его с другой стороны, когда рядом с ним из темноты возникла странная фигура в непонятной одежде и резко взмахнула рукой. Глухой шлепок, и дворянин, странно икнув, начал оседать. Его тут же подхватили под руки непонятно откуда возникшие солдаты и, усадив в стоявшую рядом карету, уехали.

Дама в фаэтоне принялась удивленно оглядываться, не видя своего спутника, но в экипаж вдруг уселся мужчина в мундире жандарма и, тихо представившись, назвал кучеру адрес. Совсем не тот, которого ожидала дама. Обыватели города всю эту суету так и не заметили. Все продолжали заниматься своими делами, а в казематах местной тюрьмы вовсю шли допросы.

Елисей и его команда отсыпались после бессонной ночи, когда в дом, где они квартировали под охраной десятка солдат, вошел крепкий, жилистый подпоручик и прямиком направился на второй этаж, где ночевали приезжие.

Осторожно постучав в нужную дверь, он дождался ответа и, войдя в комнату, весело улыбнулся:

— Добрый день, Елисей. Простите, что вынужден прервать ваш отдых, но господин Морозов просит вас срочно прибыть к нему.