Книга Дитя прибоя, страница 78 – Эльхан Аскеров

Скрипнув зубами, Лёха навёл обрез на сгрудившихся бандитов, молясь, чтобы женщин не зацепило случайной картечиной. В этот момент над поляной раздался пронзительный птичий крик, и над лесом загрохотали выстрелы. Опустошив оба ствола, парень бросил обрез и, выхватив пистолеты, принялся азартно всаживать пулю за пулей в мечущихся преступников. Не отставали от него и гномы. Грохот карабинов сменился рявканьем пистолетов, а вскоре к ним присоединился и револьвер эльфа.

Через минуту на поляне остались только трупы. Напуганные угрозой насилия и пальбой женщины даже не пытались подняться, вжимаясь в траву и испуганно натягивая на себя обрывки одежды. Перезарядив оружие, Лёха осторожно выбрался из кустов и первым делом кинулся проверять, все ли бандиты мертвы. Убедившись, что добавки никому не требуется, парень облегчённо вздохнул и, заметив Родри, тихо спросил:

— Где Эльвар?

— Решил по округе пробежаться. Но, похоже, мы положили всех, – с довольным видом качнув карабином, ответил гном.

— Хорошо, что б так, – кивнул Лёха и направился к женщинам.

Увидев гномов, те заметно приободрились и теперь пытались хоть как-то придать себе подобающий их статусу вид. Чуть усмехнувшись, Лёха подошёл поближе и, дождавшись, когда на него обратят внимание, негромко сказал:

— Добрый день, дамы. Надеюсь, мы успели вовремя, и ваша честь не пострадала.

— К счастью, да, – поджав губы, ответила женщина постарше.

— И кого же мы должны благодарить за помощь? – спросила та, что помоложе.

— Дальвар сейт-Ваган, к вашим услугам. А это мои друзья и попутчики – князь Родри Два Кулака и десятник Груд Косая Борода, – согласно этикету представил Лёха гномов.

— Князь подгорного народа?! – удивлённо переспросила старшая.

— А что вас так удивляет? – не понял Родри.

— Без свиты? Пешком? – иронично хмыкнула та.

— А мне не нужны слуги, чтобы ложку до рта донести. У нас князем становятся не по грамоте, а по умению, – фыркнул Родри, заметно обидевшись.

— Думаю, сейчас не время и не место, чтобы обсуждать обычаи и нравы разных народов империи, – вклинился в разговор Лёха. – Ваша карета цела? Вы сможете продолжить путь?

— Да. Нас вытащили из кареты, а наши вещи разбросали, но лошади и карета целы. Трудность в том, что убили наших слуг и кучера.

— А сами вы лошадьми править не умеете, – закончил её мысль парень, скривившись.

— Я – благородная женщина, а не баба из селения кметов, – возмутилась старшая.

— И как благородная женщина, вы просто должны уметь ездить верхом, – не слишком вежливо перебил её Лёха.

— Конечно, умею, – растерянно кивнула та.

— Вот и прекрасно. Не вижу никакой разницы: управлять лошадью, сидя на ней или на козлах. Мы сейчас оттащим бревно, и вы сможете продолжить путь.

— Но разве вы не проводите нас? – вступила в разговор младшая. – После всего, что случилось, я боюсь оставаться одна.

— Прежде всего, вы не одна, а со своей благородной попутчицей, – улыбнулся Лёха, мысленно проклиная её саму и все её страхи. – В вашу карету мы не поместимся, ведь вам ещё предстоит уложить туда вещи.

— Но кто их теперь соберёт? – тут же с намёком спросила старшая.

— Простите, дамы, но этикет не позволяет мне касаться ваших вещей. Я просто не могу позволить себе и своим друзьям нанести вам такое оскорбление, – ехидно ответил Лёха, вовремя припомнив одно из бесчисленных правил местного этикета.