Книга Дитя прибоя, страница 397 – Эльхан Аскеров

— Хитришь? Хочешь, чтобы тебя перенесли к твоей подруге? Не выйдет. Она останется там, где сейчас есть.

— Слишком много разговоров и всё не по делу, – презрительно рассмеялся Лёха.

— Посмотрим, что ты скажешь теперь, – прогремел голос и Лёху вдруг куда-то потащило.

Вспомнив о своих способностях, парень попытался возмутиться, почему они не действуют, но внезапно всё кончилось. Оглядевшись, Лёха с удивлением понял, что оказался в натуральной камере пыток. Низкий потолок, каменные стены, раскалённые угли в очаге и различные пыточные инструменты вокруг. Оглядевшись, Лёха недоумённо пожал плечами и фыркнул:

— Неплохая иллюзия. И что дальше?

Словно в ответ на его вопрос, в пыточную ввалились четверо стражников, два мужика в балахонах, напоминавших те, что когда-то носили монахи на земле, и трое здоровенных бугаёв в кожаных фартуках. Увидев парня, вся компания дружно заухмылялась и двинулась к нему.

— Его по всему монастырю ищут, а он тут прячется, – прогудел монах.

Голос у мужика был впечатляющий – гулкий бас.

— Ловок, бестия, – поддержал его второй монах. – Из камеры сбежал, да видно заплутал в коридорах. Сам на пытки пришёл, и возиться не пришлось.

— Вяжите его – и на дыбу! – приказал обладатель баса.

Отступив к ближайшему столу, Лёха схватил первый попавшийся нож и, не раздумывая, швырнул его в одного из стражников. Судя по нашивкам, десятника. Изогнутое, словно серп, лезвие, свистнув в воздухе, ударило стражника в лоб. Утробно икнув, десятник завалился на спину. Не ожидавшие такого отпора, стражники растерянно переглянулись. За все годы их службы сопротивление в камере пыток им никогда не оказывали. Но парню было не до размышлений. Схватив очередной пыточный инструмент, он швырнул его в младшего монаха и, перепрыгнув через стол, сходу приложился кулаком к физиономии ближайшего стражника.

Но как быстро он ни двигался, вошедшие оказались не лыком шиты и, справившись с удивлением, бросились в атаку. Палаши стражников со свистом рассекали воздух, а палачи, недолго думая, взялись за толстые кнуты, которыми, похоже, владели мастерски. Единственное, что пока спасало Лёху, так это нагромождение различных пыточных станков. Уклоняясь и уворачиваясь, Лёха пускал в ход всё, что попадалось под руку. Швырялся пыточными инструментами, цепями, бил всеми конечностями, в общем – это был бой на выживание. Несколько раз его очень чувствительно приложили кнутом.

— Очень уж реалистичная иллюзия, – успел подумать Лёха, в очередной раз уворачиваясь от палаша стражника. – Да и монахи одеты странно…

Приложившись кулаком к физиономии одного из палачей, парень перемахнул через какой-то станок и, пнув подбежавшего стражника в колено, вдруг громко расхохотался. Провели! Всё-таки обманули!

— Вас нет! – повернувшись к нападавшим, выкрикнул Лёха. – Вы все – мои воспоминания. Иллюзия, воплощённая в картинке.

Противники замерли, а окружающая обстановка покрылась рябью.

— Он окончательно свихнулся! – взвизгнул один из монахов. – Хватайте!

— Руки коротки, – продолжал смеяться парень. – Я давно уже не на земле, а на вас земная одежда. Это всё ложь. Обман. Фантом.

В это же мгновение всё исчезло, и Лёху снова куда-то потащило. Верх поменялся с низом местами, пропало любое ощущение пространства и времени, а зрение полностью отключилось.