Книга Родовое гнездо, страница 42 – Эльхан Аскеров

— Кудой это вы собрались вдруг? – с ходу спросила Дамира, подавая на стол посуду и успев перехватить обрывки последних фраз.

— На капище. Батюшке поклонимся, – вздохнул Елисей. – Беда у меня с бабой моей. В тягости, и всё болеет. Повитухи ничего толком сказать не могут. Вот и решили… – он замолчал, катнув желваки на скулах.

— Дозволите с вами сходить, – помолчав, неожиданно спросила Дамира.

— Ты ж Матери кланяешься, – растерялся Беломир.

— Кланяюсь. Да только капища её нет более. Поклонюсь батюшке вашему, глядишь, он ей передаст, – дрогнувшим голосом тихо ответила женщина.

— Пошли, – коротко кивнул Беломир, чуть пожав плечами.

Елисей только кивнул, явно не видя причины отказывать. Перун – бог воинов, и Дамира, будучи в недалёком прошлом амазонкой, вполне могла войти на его капище. Как ни крути, а племя это было племенем воинов.

— Когда пойдём? – деловито уточнила женщина.

— А вот завтра поутру и сходим, – помолчав, решительно высказался Елисей.

— Добре. Я тогда сейчас баню затоплю. В такое место с чистым телом ходить надобно, – кивнув, заявила Дамира, разливая чай.

Казаки отдали должное искусству женщины, уничтожив поданный ею пирог с ягодой. Глядя на них, Дамира только с довольным видом улыбалась. Ей, как хозяйке, явно было приятно, что её старания оценены по достоинству. Наевшись, Елисей сыто вздохнул и, попивая чай, с улыбкой проворчал:

— Ты и вправду мастерица, Дамира. В прошлый раз не так вкусно было. А тут язык проглотишь.

— На здоровьичко, – улыбнулась женщина в ответ.

Пока они насыщались, она успела затопить баню. Воду туда Беломир натаскал заранее, так что оставалось только растопить печь и запарить веник. Благо баню парень построил белую, и следить за топкой постоянно не было никакой необходимости. Убедившись, что баня протопилась, она вынесла из дома куски чистой холстины и свежее исподнее для парня и отправила мужчин мыться.

Напарившись, казаки вернулись к столу, и Дамира поспешила в баню, оставив их не спеша попивать чай и беседовать. С удовольствием потянувшись, Елисей окинул подворье внимательным взглядом и, покачав головой, удивлённо спросил:

— А чего у тебя, друже, окромя коней, даже мыши во дворе не имеется? Твой же дом. Неужто у вас там даже репы не сажали?

— Сажали, да только я к тому никакого касательства не имел, – отмахнулся парень. – Я ж едва толком ходить начал, как меня искусству воинскому учить принялись. Не до того было, – пояснил он, при этом почти не соврав.

Драться ему приходилось с самого детства. Жизнь в приюте совсем не сахар, и то, что происходит в спальнях по ночам, не было известно даже самым лучшим воспитателям. Увы, но так называемые блатные понятия проникали в приют помимо них. Где старшие подростки набирались этой гадости, можно было только гадать, но драться Беломир начал и вправду рано. Как и учиться делать это всерьёз, а не просто до первой крови.

— А Дамира что же, так и не решила себе свой дом ставить? – чуть кивнув, тихо поинтересовался казак.

— Молчит покуда. Ну да мне так и лучше. Хоть одна живая душа рядом, – отмахнулся парень. – Всё одно я домой только ночевать прихожу. То в поле с кем из вас, а то в кузне, задумки свои делаю. Куда мне тут ещё худобу какую заводить? Коней вон в огород выпустил и пусть пасутся. Главное, не забыть ворота на улицу закрыть. Не то по станице разбредутся, – грустно усмехнулся он.