Книга Кодекс Охотника #18, страница 80 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

* * *

Утро началось с того, что мне позвонил Болконский. Вроде только вчера виделись с ним, а начальник СБ Империи уже соскучился.

Да, я улетел на «Валькирии» еще вчера вечером, окончательно решив все вопросы с Императрицей и ее окружением. Война объявлена, и этого уже не изменить. Теперь Империи нужно хорошо подготовиться. Маховик неповоротливой военной машины начался раскручиваться. Но и мне нужно было решить некоторое свои дела, часть из которых неразрывно связана с моим государством.

— Александр, по нашим сведениям, на «Доблесть» нападут в самое ближайшее время.

— Семён Семёныч, вы бы не лезли в дела разломные, — пробурчал я, недовольный тем, что меня разбудили. Я понимаю, что разница во времени между столицей и Иркутском есть, но зачем так делать? — Так вот, волна Серых будет, как минимум, через неделю. А к этому времени Императрица заверила меня, что «Форпост» восстановят, и нам не нужно будет выходить за ее стены. Стены, о которые Серые обломают свои зубы…

— Я, вообще-то, о другом, — хмыкнул Болконский. — Но на твои слова мне хотелось спросить: а зачем тебе нужна крепость, если ты не планируешь защищать человечество с её помощью?

— В каком это месте я сказал вам, что не готов?

— Ты прямым текстом сказал, что не будешь выходить за ее стены.

— Эх, Семён Семёныч, — покачал я головой. — Я сказал, что не буду выходить за стены, чтобы полностью уничтожить волну, идущую на имперский «Форпост». Но я ничего не говорил про то, что конкретно буду делать. Собственно, мои планы — это мои планы. Но дам вам маленький намёк: мне очень интересен портал на северном полюсе, откуда выходит весь этот Рой. Пока информации вам достаточно? Тогда снова перейдём к цели вашего звонка. Так что вы имели ввиду?

— Я имел ввиду, что китайцы и их союзники хотят попробовать «Доблесть» на зубок.

— Не вижу логики и смысла, — покачал головой. — Она кучу лет стояла пустой и заброшенной. Почему они не пошли и не взяли её тогда? А сейчас, когда в ней располагается мой гарнизон, они считают, что им будет легче?

— Логика врагов мне неведома, — сухо, как будто немного обидевшись, ответил Болконский. — Я просто передал тебе информацию. Что тебе сделать с ней — решать тебе. Всё, отбой!

И он положил трубку.

Я хмыкнул и пробурчал про себя.

— На обиженных хрен кладут.

— Что, дорогой?

Да, это я пробурчал, когда вернулся уже с балкона в спальню, разбудив при этом Катерину.

— Болконский говорит, что «Доблесть» хотят прощупать китайцы.

— Ну и флаг им в руки, — улыбнулась она, приоткрыла одеяло и похлопала рядышком. — Иди, ложись обратно. Мы ещё можем немножко поспать.

Я не стал возражать, залез внутрь и выполнил то, что она просила.

— Ай, холодный! — пискнула Катя.

— Так на улице не май месяц, как бы, — хмыкнул я.

Вот только спать я не собирался. Мои руки нежно погладили супругу по плечам, а потом поползли куда-то дальше…

— Саша, я спать хочу, — игриво ответила супруга.

— Точно? — уточнил я, не прекращая ее ласкать.

— Конечно!

Через несколько секунд супруга задышала как-то странно. Лёгкий стон вырвался у неё из губ. Внезапно она подпрыгнула и оказалась на мне сверху.

— Ах, так! Тогда я буду сверху!

— Не дождёшься! — улыбнулся я.

Завязалась нешуточная борьба, а кто победил — разве это важно? Скажем так, победила дружба…