Книга Кодекс Охотника #24, страница 70 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Но Марк Аврелий улыбался сейчас совсем другим мыслям. Он чувствовал себя племенным быком, которого привели к перспективным тёлкам на разведение. Нет, конечно же, он не был евнухом. Он любил и понимал плотские развлечения, если они в меру и не мешают остальным делам. Чего греха таить, ему нравились эти девушки. Но тот жёсткий отбор, который устроили для него советники, это был позор ещё тот.

Конечно, Империю можно построить и без наследников. Но к тому моменту, как соберёшься уйти на покой, они должны уже быть. Более того, каждый из них должен понимать, что он будет делать после ухода отца. Не дай бог устроить ещё братоубийственный бойню за трон. В общем, дел было много, очень много. Марк Аврелий помирать не собирался. Ещё раз зачахнуть его любимой стране он точно не позволит, но все эти совместные принятия решений были забавными.

Моника Барлоччи, третья дочь графа Барлоччи, смуглая яркая брюнетка, аккуратно держала приборы, ловко орудуя ими, и вела классическую, достойную беседу аристократов, создавая лёгкий шумовой фон, дабы её любимому мужу не было скучно.

У сидящей напротив неё блондинки Камиллы, бывшего командира пограничной заставы, с манерами было не так хорошо. Дочь простого гончара, что силой и доблестью добилась своего места, но за длинный язык, патриотизм и непринятие кумовства была отправлена далеко на границу.

Держа в левой руке голяшку ягнёнка, она ловко срезала боевым кинжалом ломти мяса себе на тарелку, после чего, нимало не стесняясь, пальцами обмакивала их в густой соус и отправляла в рот, молча, с лёгкой улыбкой, слушая свою… так сказать, коллегу.

Все они были хороши по-разному. И от всех должны были получиться крепкие и сильные дети. Вот только… Марк Аврелий был очень сильным Одарённым, которого боялись и уважали уже долгое время назад, когда поступь его легионов сотрясала несколько континентов. Сейчас же стал еще сильнее, после многолетней медитации, которой занимался в заключении.

Да, в тюрьме камеры были антимагические, большую часть времени. Но иногда, какая-то автоматика на время отключала это поле, дабы заключённые не лишились своего Дара полностью. Выйти оттуда было всё равно нельзя. Марк не знал, как другие заключённые, но он эти моменты ценил. Ведь именно в это время можно было применять все те наработки на практике, которые готовились во время медитации. Он стал сильнее, и он почувствовал возмущение пространства быстрее, чем это случилось.

Внезапно, прямо в стене трапезной возник странный зелёный портал. И оттуда мгновенно выскочила длинная худая тварь, припав на четыре конечности, водя головой из стороны в сторону, как будто принюхиваясь или прислушиваясь.

— На пол!!! — рявкнул Марк Аврелий женам, отправляя в тварь технику Деформации Пространства, которая должна была оставить от вторженца лишь горсть мелко переломанных костей и смятых внутренностей. Вот только тварь как будто пропустила её сквозь себя. Это смертоубийственное заклинание не доставило ей никакого дискомфорта. На секунду Марк подумал, что это могла быть иллюзия, но тварь ломанулась в его сторону, сбив по пути сервировочный столик. И он понял, что это не так.

Они находились внутри его дворца, одного из самых защищённых от вторжения мест в Римской Империи, а возможно, и во всём мире. Откуда появился портал? Ну, об этом подумать у Марка не было времени. Ему пришлось защищаться. Тяжёлый золотой кубок полетел в тварь. Силы у Императора хватало, поэтому удар был сопоставим со столкновением с товарным поездом. Тварь взвизгнула и откатилась, потрясла головой, как ошарашенная собака, и снова двинулась на него.