Книга Кодекс Охотника #34, страница 21 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Некоторые направления? — продолжал недоумевать Пушкин.

— Ах да, я не сказал самого главного, — я невесело улыбнулся, ткнув пальцем в пустой экран. — Всё, что вы видели там, это враг всего живого! И кажется, он снова возвращается в эту Вселенную.

Где-то в Многомерной Вселенной

Тронный мир Одина — Асгард

Что такое битва богов? Это ужасающее зрелище, чрезвычайное по своей мощи и силе. А ещё оно очень, очень редкое. Почему? Да потому что обычно боги не сталкиваются в прямом противостоянии, предпочитая решать все вопросы руками смертных. На то они и боги. По идее, все они своё отвоевали.

Но сегодня как раз произошло это редкое событие. Причём это не было случайной дуэлью двух богов. Нет. Это была эпическая битва, направленная на уничтожение. А ведь другого и быть не могло, когда обиженный сын и брат Локи вернулся с костяной армией, дабы отобрать у отца свой трон и убить своих братьев.

Стены небесной цитадели утопали в огне заклинаний, что сплошной рекой заливали её. Осаждающая армия врага была поистине огромна и разнообразна. Многочисленные костяные сущности были как физиками, так и магами. Именно маги засыпали крепость огнём. Ну а к ним присоединились ещё всевозможные костяные осадные машины. Чего здесь только не было: и катапульты, и баллисты, и даже костяные пушки, наполненные тайной магией Костяного Скульптора.

Защитный щит крепости гудел, отражая удары, а находящиеся внутри защитники периодически организовывали контратаки. Пылающие копья Одина, всеуничтожающий молот Тора, ледяная ярость Ульриха — бывшего Сигурда, — всё это делало огромные прорехи в рядах вражеской армии. Однако казалось, что врагам нет конца. Огромные порталы, охраняемые костяными драконами, извергали всё новых и новых врагов, которые без страха или сомнения тут же вступали в бой.

Ульрих стоял на северной башне. Его меховой плащ развевался за спиной, а голубые глаза горели яростью. Несмотря на ситуацию, лицо перерождённого бога исказила улыбка. Если так продолжится и дальше, то врагам даже не нужно захватывать крепость. Через некоторое время она будет погребена под грудой костей поверженных нападающих. Ну, или не будет…

Вдалеке его бывший родственник — Локи, точнее, то чудовище, во что он превратился, — воздел тёмный меч к небу и нараспев затянул какое-то заклинание. И в этот же момент все уже лежащие, порубленные и поломанные, кости около стен крепости начали снова собираться в уродливые, бессмысленные фигуры, возникшие как будто из ночных кошмаров. А завывающие мёртвые души стремительно наполняли эти костяки, дабы ожившие монстры снова вступали в бой.

— Я доберусь до него! — заревел Тор, спрыгивая в мешанину костей и пробивая себе дорогу.

Ульрих со вздохом направил ледяное пламя по бокам, прикрывая союзника. Полетели копья Одина.

Ульрих уже сбился в своих подсчётах, какой именно прорыв в очередной раз попытался осуществить Тор, дабы пробиться сквозь армию костяных и вступить в схватку с Локи. Начинал он бодро, однако в какой-то момент плотность разнообразных монстров становилась нестерпимой, они просто, в буквальном смысле, заваливали Тора массой. И его молот — прекрасное оружие для дробления костей, вот только даже нечеловеческая, божественная сила имеет свой предел.