Книга Кодекс Охотника #38, страница 22 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Ну… не совсем так, — почесал я затылок. — Хлопали не в ладошки, а себя по лицу. Но суть та же.

— Ты понимаешь, что если Абсолютный Запрет включится, мы все будем… ну… слегка аннигилированы? — голос Пандоры дрогнул, как у барышни, которую первый раз в жизни пригласили на дискотеку с пацанами из Инферно.

— Ох, девчата, — широко улыбнулся я, — вы такие милые, когда пугаетесь. Но давайте всё разложим по полочкам. Первое: Абсолютный Запрет уже попытались применить. Второе: он не сработал. Третье: потому что кое-кто немного подкрутил настройки в исходниках.

— Кое-кто, — эхом повторила Темная и подозрительно сузила глаза. — Не ты ли это был?

— А вот это уже тайна следствия, — развёл руками я. — Но скажу так: пусть попробуют теперь эти ваши Хранители отрезать Землю. Они даже кнопку «Выкл» найти не смогут.

Богини синхронно вздохнули. Если бы они были людьми, я бы сказал — «женский вздох», тот самый, который означает сразу всё: и «ты идиот», и «мы тебя любим», и «с тобой нам точно не будет скучно».

— Сандр, — осторожно начала Пандора, — а если через эти Разломы к нам полезет кто-то пострашнее? Какие-нибудь боги Равномерной… или какой-нибудь неизвестный Ктулху из неизвестной Вселенной?

— Ну, во-первых, — поднял я палец, — страшнее меня мало кто есть. А во-вторых, даже если полезут… Вы что, забыли, кто тут главный по части «раздать звездюлей»?

— Ты? — в один голос спросили они.

— Я, — с гордостью подтвердил я. — Ну и немножко мои братья. Но, они далеко. А Волк еще учится. Да и всех их здесь нет, поэтому придётся вам довольствоваться мной.

Темная закатила глаза, Морана нервно закусила губу, Пандора спрятала улыбку в ладони.

— В общем, расслабьтесь, — продолжил я уже спокойнее. — Мир не рухнул. Он просто стал чуточку… интереснее. Да, будут новые гости. Да, придется поработать. Но зато у нас появился шанс. Шанс, которого раньше не было. Не ждать, пока очередной Костяной или Пустотник придёт к нам с претензиями, а самим идти к ним. Прямо в гости. С чаем, печеньками и отрядом Паладинов за спиной.

— Ты понимаешь, что говоришь ересь? — тихо сказала Морана.

— Я всегда говорю ересь, — подмигнул я. — Но моя ересь почему-то работает.

Тишина повисла на пару секунд. Богини переглянулись. Каждая думала о своём: Темная — о рисках, Пандора — о шансах, Морана — о том, что, кажется, впервые за тысячелетия ей стало любопытно, чем всё закончится.

Я громко хлопнул в ладоши, разрывая паузу.

— Ладно, красавицы! Вы остаётесь тут, переживаете, грызёте ногти и спорите о судьбах Вселенной. А я — пойду посмотрю, как там у Хранителей сработал их Абсолютный запрет. Хочу увидеть собственными глазами, как эти бюрократы от Мироздания облажались.

— Сандр! — воскликнула Темная, но я уже начал растворяться в воздухе.

— Не волнуйтесь, девчули, — донёсся мой голос, когда очертания стали прозрачными. — Если что — кричите громко. Я вернусь, наведу порядок и снова всё порешаю!

— Но куда ты… — попыталась вставить Пандора.

— Туда, где интересно! — ответил я уже эхом. — И где кто-то наконец-то поймёт, что Сандр — это не проблема. Это решение!

Последнее слово ударило в зал, отозвалось в стенах, и меня не стало.

* * *

Богини ещё долго молчали. И только потом Темная вздохнула:

— Он опять сделает всё по-своему.