Книга Кодекс Охотника #42, страница 47 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

И кажется, наступила эпоха, когда нужно брать порядок в свои руки. Принц попутно подумал, что хозяин его достаточно сильный, чтобы взять это на себя. Но сила тут не главное, главное — ум и порядок. И если с первым ещё было у Сандра более-менее, то с порядком у него был откровенный швах. А это значило, что принцу Медоеду придётся брать всё в свои руки!

Примерно на этих мыслях он и проснулся. Проснулся, когда кто-то бесцеремонным образом лупил его ладонью по мохнатой заднице. А учитывая, кому принадлежала эта ладонь, один удар её мог убить не то что человека, а и слабенького бога. В общем, да, это был его друг и хозяин Сандр, который таким образом пытался его разбудить.

— Просыпайся, мохнатая задница! Сколько можно спать?

— Хватит меня дубасить, — ответил принц Медоед, и увидел, как округлились глаза у Сандра, и тот остановил руку, висящую в воздухе.

— О, у тебя снова приступ осознанности? Ты снова нормально заговорил? — удивился Сандр.

— Сарказм здесь неуместен, — скривился Медоед. — Должно же быть хоть у кого-то из нас немного осознанности.

— Ха-ха-ха! — не выдержал и рассмеялся Сандр. — Так у тебя и юмор прорезался? Расскажи-ка мне, что с тобой делала Предвечная.

— Это неважно, — покачал головой Медоед. — Важно то, что я — Избранный. И я планирую взять власть в Многомерной ради блага во всей Вселенной, — он немного подумал и серьёзно добавил: — Ну, точнее, во всех Вселенных.

— Ни хрена себе! — только и смог выдавить из себя Охотник, у которого глаза увеличились ещё больше, хотя, казалось бы, куда ещё больше.

— Но сначала мне нужно стать королём, возродить своё племя, оставить потомство и спокойно править всей Вселенной, — как о чём-то обыденном, абсолютно спокойно сказал Медоед, неосознанно любуясь охреневанием своего друга.

— Ну, как бы это… — Сандр редко не мог подобрать слова, и, похоже, это был один из тех редких моментов, когда он действительно не мог ничего сказать.

— Просто скажи, что ты мне поможешь. А когда я стану правителем Вселенной, я о тебе, так и быть, не забуду, — милостиво согласился Медоед, чем снова вызвал смех у Сандры.

— Смотрю я на тебя, мой мохнатый обосс… извини, друг Медоед, и вот сейчас не могу понять: то ли это ты так шутишь, то ли ты действительно преисполнился.

— Война-план покажет, — хмыкнул Медоед, поднялся на задние лапы, а передней постучал сидящего на корточках Охотника по плечу, как будто успокаивая. — Всё, давай, полетели делать меня королём!

Прямо сейчас наша троица летела по очень странному пространству. Настолько странному, что я практически не чувствовал здесь знакомых энергий или каких-то веяний. Ощущение, будто это место находится так далеко от всего, что я знал раньше, насколько это вообще можно было себе представить.

И вот, казалось бы, моя ситуация сейчас тоже странная, но я нахожусь на правильной дороге. Ведь узнать, кто такие Странники — очень заманчивая штука. Не говоря уже о том, чтобы с ними встретиться. Даже тот инцидент с Эранией был из ряда вон выходящим.

Она, кстати, сейчас была очень довольной. Ей было настолько хорошо на душе, что она не затыкалась и, по факту, вовсю общалась с Медоедом. А я, между прочим, хотел бы, чтобы она смотрела прямо на так называемую дорогу. А то не хватало ещё расшибиться в лепёшку, если где-то здесь стоит пространственный «шлагбаум».