Книга Маска зверя, страница 66 – Дмитрий Шебалин

Отправленные на разведку Хорки и Пруст вернулись и принесли сразу несколько новостей. Эпизоды насильственной смерти в этом году пока не случались, если не считать одного несчастного крестьянина, которого на рога поднял его же бычок. Но слухи уже добрались и до этих мест, отчего на лицах людей не было радости, а на улицах деревни к вечеру почти не было играющих детей. Второй же причиной подобного поведения жителей стало наличие вооружённых людей Бродрика, которые заявились ещё вчера, отчего в напряжении была вся деревня, и особенно староста, дом которого те заняли для своего проживания.

Услышав о таком, я даже подумывал развернуть отряд, чтобы не рисковать понапрасну. Но лошадей у дома старосты Пруст насчитал всего лишь 9, так что нас было вдвое больше. К тому же Гунмир, напротив, горел желанием узнать, что привело людей князя в его земли, и почему они позволяют вести себя именно так.

Когда мы въезжали в Козий лог, жители радушно встречали единственного наследника барона и их будущего правителя. Точно так же, как это делали и другие подданые на всём протяжении нашего пути сюда. Люди любили своего барона и его семью, и даже гордились тем, что живут под защитой Волка, сильного, но справедливого. От того Гунмир не мог просто так покинуть деревню, не попытавшись разобраться с наглецами Бродрика. Такое могло бесповоротно испортить не только его репутацию, но и запятнать честь всего рода.

— Где командир? — спросил он, когда мы подъехали к дому старосты.

Парень, стоящий на крыльце и смотрящий на наш сдвоенный отряд с показным безразличием, скривил в полуулыбке лицо. После чего развернулся и крикнул в приоткрытую дверь:

— Бельфер! Тут почти целый барон приехал, вопросы задаёт!

После этого горластый мужик развернулся и продолжил пялиться на нас, даже не убедившись услышал ли его кто-то внутри дома, или нет. Либо у него отсутствует инстинкт самосохранения, либо это намеренная провокация. И я видел, что она почти достигла цели. Лицо Гунмира покраснело, а рука легла на рукоять меча. А ведь за нами сейчас наблюдало не так уж мало деревенских, попрятавшихся за заборами или делающих вид, что забрели сюда по делам.

Появившийся Бельфер почтением к благородной особе также не отличался. Его я, кстати, уже видел однажды, среди военных советников тогда ещё баронессы Жиневы. Сейчас же он с очевидным пренебрежением заявил:

— Я же говорил, что ужинаю. На кой ты, Сыч, ор поднял?

— Ну так, считай, будущий барон у нас в гостях, а не абы кто, — возразил тот, и это его «в гостях» также не осталось незамеченным. Думаю, что у Гунмира и его людей было совсем другое понимание, кто у кого сейчас находится в гостях. Но и рубить наглецов они отчего-то не спешили.

— Я слушаю, — Бельфер наконец-то соизволил обратиться непосредственно к Гунмиру, но сделал это так, будто его оторвали от важного дела.

— Что привело вас в земли нашего баронства? Мы не получали вестей о вашем предстоящем визите.

Бельфер изобразил на лице умственную активность, будто бы раздумывая над ответом, но в итоге лишь выдал:

— А разве люди сюзерена должны отчитываться перед людьми вассала о том, куда и зачем они передвигаются на его земле? У меня лишь одни господин, перед ним я отчитываюсь, его приказы я выполняю.