Книга Кровь и Ярость, страница 3 – Алекс Шу

Остановившись недалеко, указал холодным взглядом на предводителя варваров, затем на племянника графа и приказал:

— Головы отделить, заспиртовать, запечатать в горшках. Отправим их в дар императору. Пусть видит, что его враги, посмевшие сопротивляться Первому Апостолу Терриоса и империи Карн, мертвы.

— Слушаюсь, маршал, — гаркнул ординарец, остановил пару бродящих недалеко легионеров и отправился исполнять приказ.

Маршал Крес развернулся и пошел обратно в свой походный шатер. Предстояло написать и отправить с помощью магического кристалла донесение в столицу, а потом отпраздновать ещё одну победу Великой Империи чашей хорошего брегонского вина.

* * *

Плотный серый туман висел над мощеными брусчаткой центральными улицами Карагана, заползал в проемы между каменными, похожими на склепы домов с маленькими узкими окошками. Вечерний ливень, перешел в мелкий противный дождик, моросивший всю ночь и оставивший после себя огромные озера-лужи, в которых отражались мрачные темные здания и похожие на призраков искаженные фигурки отдельных прохожих в накидках и плащах, торопящихся по своим делам. Мрачная атмосфера страха и животного ужаса, казалось, навсегда въелась в серые крепостные стены, унылые здания, величественные особняки из черного камня, лишенные ярких красок улицы и площади города.

После восхождения Мариуса на престол и объявления себя Первым Апостолом Черного бога Терриоса, столица преобразилась. На улицах пропал веселый смех, исчезли задорные беззаботные песни простолюдинов, даже дети когда играли во дворах и переулках огромного мрачного города, старались не кричать и не привлекать к себе внимания.

Когда по улицам проезжал кортеж императора или проходила процессия служителей Терриоса с факелами в черных рясах, простой народ прятался, кто куда. Жители закрывали окна и ставни, скрывались в подворотнях и переулках, стараясь не попасть на глаза императору и жрецам Черного бога. Ибо даже быстрый взгляд, брошенный в сторону императора мог быть расценен, как дерзкий и «провинившегося» ждала смертная казнь или ссылка на рудники. А священнослужители могли обвинить любого в тайном поклонении Светлым богам, забрать имущество или приговорить к любым видам наказания за выдуманные сиюминутные провинности. Жизнь нищего и простолюдина в Великой Империи не стоила ничего, даже у собачек и кошечек богатых матрон было больше прав, чем у обычных людей. Выжить можно было лишь одним способом, стать слугой или человеком влиятельного аристократа, взявшего бедняка под свою защиту.

В центре столицы, а высоком холме возвышался императорский дворец. Остроконечные готические шпили устремились в небо. Черные крыши, виднеющиеся сквозь пелену тумана, поблескивали влагой. Массивные башни из серого камня угрожающе нависли над городом.

В это раннее утро в многочисленных длинных коридорах царил полумрак, изредка разгоняемый холодным огнем, установленных на металлических подставках, магических факелов.

Изредка по коридору скользили пугающие тени придворных, облаченных в черные или серые камзолы. При виде слуг, аристократы выпрямляли спины, расправляли плечи, их взгляды загорались высокомерием и презрением к мелким людишкам, но настороженность и тревожное опасение, поселившееся в их глазах, никуда не исчезали.