Книга Злодейский путь!.. Том 6, страница 64 – Эл Моргот

А затем они вместе вернулись в гостевые покои, выпили чаю, и Муана словно одурманили. Он совсем не помнил, как заснул, просто в один миг очнулся и увидел перед собой Ми Лу. Эта «Вознесшаяся» рассказала ему, что Шен полностью изменил решение и принял ее предложение. И подтолкнула к злости на него. Разве Ми Лу не специально сказала ту фразу, чтобы больше задеть его гордость? «Мне показалось нечестным, что Шен принял решение за вас обоих». Она хорошо его просчитала.

И он не смог понять все сразу, повел себя импульсивно, поддавшись эмоциям…

Муану стало поистине стыдно, что в какой-то момент, пусть на мгновение, его посетила мысль, что Шен притворяется. Лжет ему в лицо.

Но Шен… это Шен. Нечто случилось тем вечером между ним и Вознесшейся, и теперь Шен пытается справиться с этим в одиночку.

Скорее всего, есть причина, по которой он не сказал ему прямо. Может, на заре их знакомства Муан был бы убежден, что Шен не рассказывает из-за своей природной скрытности, или недоверия, или просто чертова эгоизма, но сейчас уровень доверия между ними значительно выше. И Шен не стал бы скрывать мотивов своих поступков, это не в его манере. Так что, если он не говорит, значит, есть существенная причина, почему он не может этого сделать.

Муану очень хотелось верить, что он сделал правильные выводы. Мыслить, когда Шена нет рядом, было значительно легче. В его присутствии он не мог сдержать эмоций, что выливалось наружу не всегда теми способами, о которых можно не сожалеть. Иногда Муан себя боялся, боялся, что причинит боль. А Шен слишком сильный, чтобы вскрикнуть от нее. Нет, он будет терпеть ее до момента, пока она полностью его не сломает, когда скрывать уже не будет сил.

О боги, если связь между ними пропадет, как часто Шен сможет обманывать его, говоря, что он «в порядке»?!

Увидев Шена на пике Таящегося ветра, Муан уже не мог сомневаться в своих выводах. С ним точно что-то творится, что-то, с чем он пытается справиться в одиночку.

Потому что Муан сам ушел тогда из черного замка. Ушел, поддавшись на провокацию Ми Лу. Ушел, потому что поставил гордость выше доверия.

Сейчас Муан растерянно замер посреди площади перед черным замком. Голубое небо над головой казалось нестерпимо ярким, солнце тепло пригревало, отражение лучей в лужах резало глаза. Вот и Шен такой же… Яркий до болезненности, но не сжигающий.

«Он в отражении всех моих мыслей. И… если признать очевидное… что бы он ни сделал, я все равно хочу защищать его».

Муан перевел взгляд вдаль. На тот вид, которым Шен так часто любовался с восхищением. Если бы не Шен, Муану никогда бы и в голову не пришло, что этот вид так хорош.

«Именно Шен научил меня чаще задумываться над эмоциями и причинами, отчего я чувствую одно или другое… Этот Шен одним своим существованием, небрежными фразами, легкой улыбкой… открыл для меня другой мир.

Рядом с Шеном… я наслаждаюсь мелочами, на которые раньше не обращал внимания. Рядом с Шеном я становлюсь жадным до жизни…»

Раньше Муану не было дела, сколько лет ему отмерено. Смерть сама по себе не волновала, только бы умереть достойно. Сейчас же… Муан думал о том, сколько лет хотел бы еще прожить, сколько однообразных весен и осеней встретить и… Какое бы число он ни назвал – этого не будет достаточно. Он обрел жажду жизни.