Книга Лимбус. Том 1, страница 59 – Эон Линь

— Какие-то браслеты не помогут найти того, кто послан нам судьбой свыше, – возразил Шеол.

— Видно, господину жнецу еще не довелось познать этого, – с сожалением сказал старик. – Какой бы путь вы ни прошли, сколько бы времени ни потратили на поиски, вам суждено встретить человека ровно в час, назначенный самой судьбой. Противиться ей подобно тому, как уговорить тигра отдать шкуру^[47].

Я не раз слышал подобные легенды, которыми хитрые продавцы подкупали юных девушек, чтобы всунуть им залежалый товар. Какие только истории они не придумывали: и о несчастных возлюбленных, разделенных демоном, и о прекрасной небожительнице, оставившей после себя заколку своему возлюбленному. Конечно же, любая из них заканчивалась одинаково: купите безделушку – и сразу обретете счастье в любви и деньгах. Сейчас старик, наоборот, не хотел продавать нам браслет, что было очень странно для торговца. Но после рассказа родство с украшением вместе с желанием обладать им стали ощущаться еще ярче, и я решительно повернулся к Шеолу.

— Мы забираем этот браслет, без него я никуда не уйду. Пусть он пойдет в счет одного моего вопроса.

— Но это желание, а не вопрос, – удивился жнец.

— Хорошо, сколько тебе лет и как давно ты стал Верховным Жнецом? – Я упрямо скрестил руки на груди и прищурился.

Шеол молниеносно достал монеты с изображением спиралевидного солнца с искаженными лучами и кинул их на прилавок.

— Мы забираем его.

Старик сокрушенно покачал головой, но отдал браслет жнецу. Я удовлетворенно ухмыльнулся и протянул руку. Шеол тяжело вздохнул и, надев на мое запястье браслет, затянул красные нити. Бусины мягко стукнули друг о друга и тускло блеснули в свете фонарей.

— Спасибо тебе, правда, спасибо, Шеол!

Моей радости от такой мелочи не было предела.

Жнец ничего не ответил, лишь скованно кивнул и повел меня прочь от злосчастной лавки. Раздобыв зачем-то фонари на тонких веточках, мы спустились дальше по торговой улочке и вышли к реке. Ее воды отражали сияние луны, и поэтому поверхность приобрела красноватый оттенок. Она больше напоминала пролитое вино, чем кровь, поэтому ее вид не портил тихой безмятежности. Интересно, откуда она могла взяться в Предрассветном городе? Я сел на берег, аккуратно пристроив фонарь, и всмотрелся в медленно текущую воду, чуть подернутую рябью. Жнец составил мне компанию и тоже опустился на траву. В своей темно-фиолетовой одежде с серебристой вышивкой он напоминал ночное небо со звездами. Не воспаленное, как в пограничных землях, а чистое и чарующе темное, как в Экноре.

— Я бы назвал это место городом Красных огней, а не Предрассветным.

Легкий смешок отвлек меня от рассеянных мыслей.

— Что не так?

Шеол откинулся назад, опираясь на локти, и поднял голову.

— Небожители дали ему название Хонъе – Красная ночь. Город, где мириады горящих фонарей озаряют мрак ночи, превращая ее в предрассветный сумрак. Он дает надежду на то, что рассвет придет. Вот только демоны вложили в название свой смысл. Предрассветный город – место, где рассвет никогда не наступит, поэтому под покровом ночи никто не узнает об их темных делах.

Всего в одно слово можно вложить столько смысла, о котором большинство даже не догадывалось. Увековечить в памяти прекрасное и дать надежду или обрушить ее для сокрытия своих грехов. Иногда мне казалось, что человек стал плодом союза небожителя и демона: мы слишком подозрительно сочетаем в себе их качества.