Книга Благословения и проклятия Чуждого Края. Том 1, страница 139 – Адени Сова

— Мой отец приказал отравить его, – едва слышно ответил Лъо.

Таала приоткрыла рот. Она знала, что наследника отравили, но в этом обвинили одну из революционно настроенных террористических группировок. Под предлогом убийства мона тогда начались облавы, и погибло много ни в чем не повинных демонов, которые ратовали за перемены, но не проявляли особой агрессии. Просто невероятно! Таала никогда не слышала версии, что архимон отравил сына.

— Зачем он это сделал?

— Миист слишком активно поддерживал реформы. Отец боялся, что он захочет сместить его, займет трон, а потом ограничит свою власть или полностью передаст ее Общему Собранию.

Слезы рисовали кривые дорожки на перепачканных щеках мона. На мгновение Таале даже стало его жалко. Видимо, он очень любил брата. Если бы она не знала, кто он такой, она бы искренне посочувствовала ему. Все-таки не каждый день отцы убивают собственных сыновей.

— Ты уверен, что это сделал твой отец?

Лицо Лъо исказила горькая гримаса.

— О да, это он. Он сам сознался в бреду, когда мы ехали в ссылку.

Он продолжал тихонько лить слезы. Кажется, ему и правда стало немного легче от рассказа про убийство брата. Неужели он никогда об этом ни с кем не говорил? Таала решила ковать железо, пока горячо.

— А Миирна? – спросила она. – Что с ней случилось? Ты знаешь, кто ее заколдовал?

По данным Особого ведомства, внучка архимона давно пропала без вести. Она была объявлена в розыск и при новой власти, но у полиции и Внутренней разведки всегда находились дела поважнее. До встречи с Лъо Таала, как и ее коллеги, даже не подозревала, что юную мону прокляли.

— Это все Каэн! – Лъо в ярости сжал кулаки у Таалы за спиной. – По приказу отца он отравил Мииста, а Миирна видела, как он выходил из покоев брата после этого. Сначала она молчала, хоть и подозревала его. Думала, раз он мой друг, не нужно устраивать скандал. Глупая девчонка! Потом она сдуру начала угрожать ему оглаской, а он превратил ее в алмаз и преподнес его мне в качестве подарка. Я убил подлеца до того, как узнал об этом. – Он задохнулся новой волной рыданий, продолжая корить себя за это. И за то, что так и не нашел никого, кто мог бы снять проклятие. И за то, что потерял алмаз и теперь в жизни не найдет его.

Таала ошеломленно слушала его. Ей никогда не приходилось ставить себя на место аристократа, тем более мона. Она считала их всех нахлебниками и мерзавцами. Но, столкнувшись со столь искренним признанием, даже она не могла остаться равнодушной.

Если отбросить в сторону его происхождение, то получалось, что жил он не очень-то весело, совсем не так, как Таала себе представляла. Из его слов вырисовывалась довольно неприглядная картина. Не то чтобы Таала могла похвалиться счастливым детством в доме родителей, но и мону не позавидуешь. Неудивительно, что все так быстро поверили, что Миирна сбежала из дворца.

В голове у Таалы одна мысль стремительно сменяла другую. Почему архимон не заточил Мииста в тюрьме, а убил его, если ему так не нравились его идеи? Ну конечно, чтобы был повод разорить несколько революционных организаций!

Почему Лъо не отомстил архимону за смерть брата, узнав правду? Наверное, не желал вредить и без того больному отцу, поэтому ограничился убийством бывшего придворного мага.