Онлайн книга «Перекресток»
|
— Есть. Граната вылетела из люка в крыше и по дуге упала в красные маки, вырвала их с корнем, разбросала по кругу. — Никого нет, сэр. Может, показалось? — Может и показалось, – Мазепа соорудил перед собой из кусков асфальта бруствер. Положил на него винтовку. Человек стоял на перекрестке и был идеальной мишенью. Мазепа поймал в перекрестье прицела лицо мужчины. — А ты совсем не изменился, Вася, – прошептал он вслух, как будто хотел, чтобы тот его услышал. – Ну, господи благослови! Не мешкая, стараясь не вспоминать и не думать о том, кто же на самом деле перед ним стоит, нажал на курок. Приклад привычно ударил в плечо, ствол слегка подбросило после выстрела. Мазепа удержал винтовку в руках и четко увидел, что … ничего не произошло. Мужчина на перекрестке остался стоять, время от время моргая, и переминаясь с ноги на ногу, как будто какой-то титан, державший небо. Несмотря на неординарность ситуации, Мазепа успел заметить, что свет, который занимал все пространство вокруг, и из которого образовывались текст послания, струился из-под ладоней мужчины, а вернее из небольшого браслета на запястье. — Так вот где у тебя выключатель, – произнес он, подкручивая прицел на максимальное расстояние и снова прицеливаясь. Выстрелил. Потом еще раз и еще, пока не услышал в наушнике. — Сэр, расстояние предельное. Пули ложатся возле его ног. В этот момент с той стороны, где Мазепа видел движение, прилетела дымовая граната, которая упала перед бронированной машиной и тут же создала перед ними дымовую завесу, закрыв обзор. Вторая граната была свето-шумовой и упала сзади машины. Мазепа чертыхнулся и проорал в рации. — Черт возьми, вилка. Сейчас всех накроет. Выходим, живо! Живо! Не глядя, он выскочил из-под днища грузовика и рванул на полусогнутых вперед. Побежал не оборачиваясь, и поэтому не увидел, как его грамотно отсекли от основной группы штурмовиков. Как только «новоазовцы» попытались приоткрыть двери, с двух сторон по ним открылся такой шквальный огонь, что загнал всех обратно. Стрелявшие четко давали понять, что выходить никому не стоит, но, если в машинах будут сидеть тихо, то их оставят в живых. * * * — Одесса, я могу снять это чудика, он у меня на мушке! — Убивать приказа не было, Док. Подожди. Они еще не встретились и не поговорили. * * * Мазепа понял, что остался один лишь, когда за спиной стихли автоматные очереди. Сделал еще несколько шагов по хрустящему грязному асфальту он остановился, прислушиваясь. Вокруг как ни в чем ни бывало в траве щебетали птахи, над ухом жужжала мошкара. Солнце окончательно вышло из-за горизонта, но еще не начинало припекать. Тени от предметов были длинными и темными. От ощущения того, что стоит один как перст у кого-то на мушке, у Мазепы пересохло в горле, стянуло внизу живота. И как пишут в дешевых романах, вся жизнь промелькнула перед глазами. Впрочем, не совсем вся. Картинка заканчивалась на одном моменте и сделав петлю во времени возвращала его в действительность. А ведь он думал, что никогда больше не увидит перед собой лицо человека, которого ненавидел все эти годы. Ненавидел за то, что тот не испугался и плюнул ему в лицо. Плюнул после того, как он, тогда еще прапорщик Степан Нагибин поставил свою подпись под военным контрактом и обязательством воевать против России. Да, тогда у него было имя и фамилия: теперь только позывной «Мазепа». И его ему дал именно Василий Чуй, старший прапорщик, потомственный казак. |