Книга Лордария – Королевство восьми островов, страница 116 – Филипп Краснов

Бегущие за телегой дети с любопытством рассматривали сидевшую внутри клетки молодую ведьму. Взрослые же дааринги проявляли к ней иной интерес, каждый из них считал своим долгом, когда телега проезжала мимо, кинуть в пленницу гнилым овощем или же, если такового не было под рукой, плюнуть ей в лицо.

Наконец церемониальная процессия приблизилась к кругу совета. Поднявшись со своего места, конунг поприветствовал готаров, и ещё раз попросил у них явить ему слово Жестокого Бога.

Началась подготовка к ритуалу. Под присмотром рингоров ведьму в цепях вывели из клетки, и медленно подвели к стоявшим недалеко от круга собраний деревянным колодкам. Опустив голову, она не издавала ни звука в ответ на нёсшиеся в её сторону оскорбления. Возле колодок один из рингоров аккуратно снял с её рук кандалы, и, сию же минуту всунул её посиневшие темнокожие запястья в два небольшие углубления на колодках, следом за ними посередине, в углубление побольше, была помещена её голова. Другой рингор со скрипом закрыл колодки и аккуратно поставил снизу под ними большую ритуальную чашу.

Как только все приготовления были закончены, один из готаров встал перед ведьмой и глубоким распевным голосом произнёс:

— О, великий, могучий Жестокий Бог, мы склоняемся перед силой твоей, и взываем к твоей мудрости. Мы приносим в жертву тебе это порочное создание, дабы испил ты крови её, и наполнились твои вены огнём праведным. Взамен же мы покорно просим твоего совета.

Закончив свою речь, готар возвёл очи горе, а затем обернулся и принял из рук другого служителя Жестокого Бога остро наточенный ритуальный серп. Солнечные лучи ярко блеснули на его лезвии, когда он поднёс серп к шее ведьмы. Схватившись за её короткие волосы, он поднял её голову вверх, а затем в мгновение ока резко перерезал ей горло. Густая алая кровь медленно полилась в чашу. Готар вытер серп о подол своего одеяния, и обеими руками подняв его вверх, прокричал:

— Прими эту жертву! Возьми эту жертву! Вкуси её душу! Дай нам слово своё!

Крик его эхом разносился по всему городу, и когда он, наконец, стих на его окраинах, готар вернул серп давшему ему его служителю и взял у другого мешочек с птичьими костями.

К этому времени кровь уже полностью покрыла дно чаши, и готар, не мешкая, высыпал в неё содержимое мешочка. Жёлтые кости, окрасившись в алый, заняли каждая своё положение. Прильнув к чаше, готар внимательно осмотрел их, а после задумчиво погладил свою бороду и, подняв взгляд вверх, негромко произнёс:

— Мы услышали твои слова Жестокий Бог. Да будет имя твоё овеяно вечной славой, ничтожные мы благодарим тебя за великую помощь.

Конунг, ярлы, воины, их жёны и дети – все с нетерпением ждали решения Жестокого Бога, и готар сообщил им его:

— Нынче наш покровитель говорит, что пришло время взяться всем нам за мечи. Великий призывает нас покинуть родные берега, он молвит, что настал день вступить в войну и утопить наших врагов в их собственной крови!

Готар замолчал, и безмолвная тишина озарилась восторженным рёвом сотен глоток. Они долго этого ждали, они давно точили мечи и, наконец, настало время пустить их в ход.

Вместе с простым людом радовались и ярлы, все они, за исключением Арнульфа, наперебой воздавали хвалу Магреду. Распалившись, лидеры кланов даже стали подсчитывать, сколько смогут выставить воинов, но все эти разговоры были на корню пресечены грозным голосом конунга: