Книга Двойник Запада, страница 45 – Лия Арден

Последнюю фразу Раян выдавил с кислым выражением лица, без особой радости, словно наша дружба до сих пор доставляет ему неудобства.

— Все годы, проведённые в роли двойника, кроме Джуна, у меня никого не было, – неожиданно резко ответила я, задетая услышанным.

Кривая улыбка исчезла с лица Раяна, уступив место неуверенности. Он открыл рот, чтобы ответить, но я перебила:

— Может, ты помнишь меня в детстве, но я нет! До отравления всё в моей голове размыто. Однако я хорошо помню, что было после. Как все были заняты почти при каждом моём приезде в храм после того, как меня забрали в дом наместницы. Помимо тренировок, мы с тобой особо не говорили. Кажется, этот разговор самый долгий из всех. Ты ни разу не показал, что в детстве мы были близки. Я знаю, ты готовился к званию хранителя! – торопливо добавила я, когда Раян предпринял попытку что-то сказать, но меня неожиданно прорвало, и останавливаться я не собиралась. – Мне известно о долгих медитациях, походах в горы и множестве тренировок. Но откуда мне знать, что ты тот же Раян? Откуда мне знать… сколько в тебе осталось от настоящего… после того как…

Внезапно я начала запинаться, моё упрямство угасло при осознании, что я говорю с хранителем Дракона Запада. Кажется, вопрос Наён о том, остался ли Раян самим собой, тоже неосознанно тревожил меня.

— Теперь ты меня боишься? – уточнил хранитель.

— Нет.

Я приврала.

В нём появилось что-то опасное. В каждом движении и взгляде. Это как наблюдать за орлом. Высоко в воздухе он кажется прекрасным и величественным. А затем орёл садится прямо перед тобой, и по телу поднимается мелкая дрожь при взгляде на его когти, которые с лёгкостью лишат тебя глаз или даже жизни.

Внезапно Раян положил левую ладонь мне на голову и провёл ею по волосам вниз, вдоль лица и шеи, пока рука не замерла на моём плече.

— Я сохраню твой меч. И если ты не потеряешь себя настоящую, то наш храм всегда открыт для тебя, Ашарин. Так решил дракон, так решил и я.

После странного откровенного разговора Раян меня не отпустил. Он вышел наружу, чтобы отловить нескольких учеников. Из его слов я разобрала, что он распорядился принести еду в свой павильон и попросил позвать Ришу и всех остальных старших, Джуна и даже Наён на ужин.

Раян хотел побыть с нами, и его желание будоражило и радовало до дрожи, которую я упрямо скрывала, оставаясь сидеть на одном и том же месте. Я думала, что с его возвращением наши отношения останутся отстранёнными, как и после моего отравления, но, возможно, Раян сам получил долгожданную свободу, завершив многочисленные тренировки для принятия души дракона. Может, лишь теперь он стал волен делать что хочет? Со мной будет так же через полгода. Моя ноша будет сброшена.

К моменту, когда все собрались вместе, а еда была принесена, снаружи пошёл мелкий дождь. Солнце клонилось к горизонту, но небо потемнело из-за свинцовых туч, и на землю опустились ранние сумерки. Раян не позволил мне помочь и сам зажёг дополнительные масляные лампы. Павильон наполнился не только светом, но и оживлёнными разговорами, запахом тушёной в соусе курицы и овощей. Каждому принесли по отдельной пиале с рисом. Угощений вышло немного, и они были не столь изысканны, как в доме наместницы, но жаловаться было не на что, в собравшейся компании даже пресная еда показалась бы вкусной.