Книга Сберечь тебя. Бессмертие для Дракона, страница 35 – Арина Рекк

Но я просто укладываю голову девочки на свое плечо, потому что некоторые вещи не объяснить, не причинив душевные муки. Невозможно найти слова, чтобы смягчить правду. Терять больно. Точка. Но лучше ей пока об этом не думать.

— Спи, — прижимаюсь губами к макушке.

Мы лежим в темноте и тишине, я жду, когда дыхание дочери выровняется, но время идет, а она дышит все так же поверхностно, делая паузы, будто собирается с духом, чтобы признаться, но сдерживается. Лежу терпеливо, сам практически засыпаю, когда Киа снова открывает рот.

— Я бы ушла следом, — признается таким тоном, будто заранее извиняется за решение, которое ей никогда не нужно будет принимать.

— Он и хотел, — говорю негромко. — Много раз. Но уйти означало бы потерять ее навсегда.

— Но он же и так потерял, — Киа снова приподнимает голову и вглядывается в мое лицо в ожидании очередного объяснения.

— Пока помнил хотя бы он, оставался шанс найти ее. Но если бы забыл...

— ...они могли бы не узнать друг друга, даже если бы встретились, — заканчивает за меня шепотом, впечатленная озарившим ее откровением. — А я всегда думала, что он просто боялся.

Смотрит на меня какое-то время, затем медленно укладывает голову обратно на мое плечо, и снова шепчет потрясенно:

— Я правда думала, что он просто боялся. Думала про него плохо.

— Это не так, — глажу мягкие волосы, успокаивая взбудораженную девочку. Зря я начал такую тему перед сном, но эти минуты откровений — одно из самых дорогих для меня моментов, когда я становлюсь прямым свидетелем очередного смещения мыслей Кии. — Бояться нормально.

— А ты боялся?

— Столько раз, что не сосчитать.

— И я боюсь, — признается Киа после короткой паузы.

— Чего именно?

— Вдруг мне тоже не хватит пары?

— Точно хватит.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что мы давно уже поделились, — отвечаю с улыбкой, — еще в первый жизненный цикл.

Тогда была большая путаница, но об этом с ней поговорит Соня. Когда Киа все вспомнит, может быть посмеется, может будет краснеть при воспоминаниях о первой встрече, потому что с драконами оказалось не все так просто. Это потом, при следующих рождениях дракон и чародей подстроились друг под друга, срослись ауры, внешность подстроилась под масть, определилась гендерная принадлежность. Но первое время расхождения были велики, вызывали протесты, отрицание, в лучшем случае смех. Мало кому повезло оказаться в подходящем теле с первого раза. Еще меньше были довольны навязанной им звериной частью парой, потому что до драконов чародеи тоже жили, любили, строили семьи. Все сломалось в один момент. Срослось со временем, стало крепче, чем было, привязка драконов оказалась сильнее любого человеческого недовольства, привычек и образа жизней, но первое время творился хаос.

— А вдруг он мне не понравится? — развивает Киа тему, не догадываясь о моих размышлениях, — вдруг он будет рыжим? Или у него будет ужасный характер?

Улыбаюсь, отвлекаясь на ее непосредственность.

— Ты будешь счастлива с ним, даже если он будет лысым.

— Ну не-ет! — кривится Киа со смехом. — Только не лысый!

— Тогда все-таки рыжий?

— Не-ет! — снова хохочет. — Не лысый и не рыжий!

— Тогда у него будут зеленые волосы!

— Таких не бывает!

— Откуда ты знаешь? Я вот видел.

— Это не правда!

— Еще как видел.