Книга Желтый ценник, страница 72 – Сания Шавалиева

— А у нас? – удивилась Ася.

— Еще какое. Ты даже себе представить не можешь, – искренне ответила Алмазия. – Я эти документы полгода готовила. Сначала все думали, что я сошла с ума, а потом подписывали. Пришлось подключить министра сельского хозяйства Татарстана.

— Вот это я понимаю, – с уважением откликнулась Ася.

Подошел Руслан, стал прислушиваться к разговору.

Алмазия кивнула и добавила:

— Но сами понимаете, в какое время живем. Законы каждый день меняются. И потом, наши документы порой абсолютно не работают там… – и Алмазия развела руками, словно «там» было на кончиках ее пальцев. – Извините, что вас напрягаю, но сама поехать не могу, придется обманывать Хайдара, а мне бы этого не хотелось.

Выехали через неделю, ранним утром. Маршрут немного изменился. До Кустаная теперь ехать не обязательно, договорились с другой стороной, что доставят коня до Пешковки, это семьдесят километров от границы. Как раз там жила Асина тетка – Саркина Сабибжяк Муснеевна, а по-простому тетя Валя.

Ася всматривалась в знакомые места, машина бежала вперед и оставляла позади город. За недостроенными, брошенными коттеджами промелькнула железнодорожная станция, позади нее разноцветными гусеницами отсыпались длинные составы цистерн. Вдоль дороги весело выглядывали макушки елей, которые еще настолько малы, что прячутся в высокой траве и издали кажутся нитями с ровными мелкими бусами. Ася оглянулась на заднее сиденье и вспомнила, что дети остались дома. Руслан отказался их брать с собой. «Ладно бы просто в гости поехали, а то ведь дела надо делать», – пробухтел он и вечером отвез детей к свекрови. Наверное, это и хорошо.

Через неделю Алька пойдет в первый класс. Как раз должны до этого времени вернуться. Алька прошла тестирование в гимназию с английским уклоном. Руслан настоял, сам водил на экзамены, сам проверял знания дочери. Когда Алька отвечала на вопросы комиссии, все удивлялись ее сообразительности, задавали вопросы, которые не относились к школе. Благодаря Руслану Алька оказалась довольно разносторонне образованной и уже имела суждение о политике, искусстве и литературе. Могла рассказать о городских художниках и поговорить о роли Гурченко в фильме «Мама». Алька была словоохотлива и въедливо-правдива. Говорить при ней семейные секреты было опасно, она вполне могла назвать воспитательнице точную сумму денег и рассказать, где они хранятся. Как-то воспитательница отозвала Асю в сторону и доверительно предупредила, чтобы старались при ребенке говорить поменьше. Ася даже предположить не могла, что Алька так внимательна и в курсе семейных секретов. Кажется, обсуждали с Русланом наедине, а наделе знала вся страна. В принципе, не такая уж и большая тайна, сегодня деньги есть, а завтра пусто. Сейчас деньги в семье Загребиных были орудием производства, как лопата у дворника или молоток у плотника. Ася постоянно увозила все деньги, чтобы закупить товар. В день отъезда из дома выгребалось все до копеечки, и если в этот день Руслан ничего не наторговывал, то денег не было даже на хлеб, не говоря уже о чем-то большем.

За деревнями дымились Нижнекамские заводы. Густой черный дым большими клубами шел из высоких труб, остывая, опускался, лениво тянулся в сторону города, расползался по деревням, отчего небо над домами становилось непрозрачно-темным. От дыма оживали мрачные тени, ползли по полю, через дорогу, заполняли проезжающие машины и вместе с ними уносились вдаль.