Книга Тайна Папы О, страница 2 – Сания Шавалиева

— Простите, Лидия Павловна, — с улыбкой обернулась королева к ведьме.

Лидия Павловна, которая только что выглядела как самая злая женщина в мире, вдруг как-то сразу обмякла. Её грозный макияж с тёмными тенями на лице перестал наводить ужас на окружающих. Теперь его осветил внимательный взгляд доброй совушки. Она с теплотой посмотрела на сверток с младенцем и по-доброму проворчала.

— Ладно уж. Дети — это святое. Но только давайте быстрее, пока у меня грим не потёк от этой жары.

Игорь Модестович неумело взял Катеньку на руки. Было забавно видеть, как этот строгий человек, который только что командовал всей площадкой, теперь не смел даже пошевелиться. Он замер в странной позе, боясь потревожить спящую девочку.

— Так, все по местам! — прошептал он, хотя несколько минут назад орал на всю студию. — Тишина на площадке. Камера… мотор!

Королева выпрямила спину, её лицо мгновенно стало величественным и спокойным. Она снова превратилась в правительницу сказочного города. Лидия Павловна тоже преобразилась: она взмахнула руками, и её плащ эффектно взметнулся за спиной.

— Я всё равно заколдую ваше королевство! — снова прошипела ведьма, но в этот раз она сделала это чуть тише, косясь в сторону режиссёра с младенцем.

— Пока я жива, этого не будет! — решительно ответила королева.

Вся съёмочная группа затаила дыхание. Кажется, это был самый удачный дубль за весь день.

Вдруг у королевы в кармане зазвенел мобильник. Режиссёр сверкнул глазами.

Королева быстро взглянула на экран и, ничего не ответив, отключила телефон. Но не успела она и глазом моргнуть, как мобильный зазвонил уже у ведьмы.

Лидия Павловна нахмурилась, посмотрела на незнакомый номер, потом нехотя ответила и, послушав несколько секунд, протянула его королеве.

— Аннушка, это тебя. Почему они звонят мне?

— Ах, Лидия Павловна, зачем вы ответили? — растерянно сказала королева.

— Что значит «зачем»? — опешила ведьма.

Режиссёр тут же вспыхнул и начал возмущаться из-за полной неразберихи на площадке. Но королева уже не слушала. Она торопливо отключила телефон ведьмы и стала тревожно оглядываться по сторонам.

Вдруг вдали, за ограждениями, среди массовки, она заметила кого-то и резко побледнела, глаза расширились, губы дрогнули, а пальцы судорожно сжали край высокого воротника. Казалось, она перестала дышать.

Потом королева, зачем-то пригибаясь, рванула к режиссёру.

— Пожалуйста, давайте снимем сцену с каретой. Сейчас. Мне нужно срочно отлучиться.

— Аннушка, не выдумывайте. — Режиссёр даже перестал качать малышку.

— Мне чесслово надо! — почти взмолилась Аннушка.

Ситуация накалялась. В массовке на них уже косились и начали шушукаться.

Режиссер с оператором спорили, Аннушка канючила:

— Ну пожалуйста, ну давайте «карету», ну в последний раз…

Конечно, режиссер не хотел идти на поводу каких-то взбалмошных идей.

— Я не собираюсь снимать туфту, мне необходима гармония и совершенство кадра…

Не дожидаясь окончания ответа, актриса вырвала у режиссёра малышку и заторопилась к карете, запряжённой лошадьми.

Руки дрожали. Она прижимала к себе малышку слишком крепко, будто боялась, что кто-то сейчас выхватит её.

Подол платья зацепился за деревянные ступеньки.

Лошади беспокойно переступали копытами, чувствуя чужую тревогу. Кучер обернулся.