Книга Своенравная Жена тайного советника, страница 82 – Таисия Шатская

Первым вбежал Верский. В рубашке, босой, с подсвечником от которого по стенам метались длинные тени. Он окинул комнату взглядом, шагнул к окну, рванул портьеру, заглянул за неё. За его спиной уже топтались слуги, горничная с ночником, кто-то с кочергой.

— Пусто, — сказал Верский. Голос его звучал сдавленно. — За окном никого.

Он обернулся к Лизе. Она сидела на кровати, прижав колени к груди, и дрожала. Волосы прилипли к мокрому лбу. Она смотрела на него, не узнавая — таким он был без сюртука, без обычной своей брони, с растрёпанными волосами и белым от испуга лицом.

— Это сон, — сказал он тише. — Здесь никого нет.

Слуги переглядывались. Горничная шагнула к кровати, но Верский коротко мотнул головой, и все начали отступать к двери.

— Осмотрите коридоры, — бросил он, не оборачиваясь. — И посты внизу.

Дверь закрылась. Они остались вдвоём. Свеча дрожала в его руке, и по лицу Верского ходили жёлтые пятна света. Он поставил подсвечник на столик, и подошел к кровати.

— Что тебе снилось?

Лиза не ответила. Ей всё ещё казалось, что в углу, за креслом, кто-то стоит. Она вцепилась в его рукав, сжала ткань так, что побелели костяшки.

— Не уходи, — выдохнула она.

Он замер. Посмотрел на её пальцы, впившиеся в его рубашку, потом на её лицо. Что-то дрогнуло в его челюсти.

— Я здесь, — сказал он глухо. — Не уйду.

Он осторожно сел на край кровати, неловко, боком, будто боялся приблизиться. Лиза не отпускала его рукава. Она дышала часто, неровно, и не могла остановить дрожь. Верский поднял свободную руку, помедлил, потом накрыл её ледяную ладонь своей. Тепло пошло от его пальцев, растеклось по запястью, и Лиза вдруг всхлипнула — без слёз, судорожно, всем телом.

— Тише, — сказал он. — Всё кончилось.

Она подняла на него глаза. Он был близко, слишком близко. От него пахло, так знакомо и запах этот означал надежность и безопасность. Она видела тёмную щетину на его скулах, напряжённый рот, кадык, дрогнувший, когда он сглотнул.

— Не кончилось, — сказала она. — Ничего не кончилось.

И, не дав себе подумать, подалась вперёд и прижалась губами к его губам, запустила руки в его волосы, как он любил, чтобы не позволить ему отстранится сразу.

Верский замер, не ответив. На миг Лизе показалось, что он оттолкнет её, встанет, уйдёт. От этого стало так страшно, что она сильнее сжала его рубашку и прижалась настойчивее. И тогда он выдохнул, коротко, сквозь зубы, словно сдаваясь, и ответил — жадно, грубо, притянув её за затылок.

— Что же ты делаешь со мной, глупая. –– Почти простонал ей в губы, окончательно сдаваясь.

Она почувствовала его ладонь на своей шее, потом на спине. Рубашка её сбилась, его пальцы легли на обнажённое плечо, и кожа под ними вспыхнула. Он опрокинул её на подушки, навис сверху, и Лиза задохнулась от тяжести его тела. Он целовал её шею, ключицы, спускаясь ниже, и она выгибалась ему навстречу, путаясь пальцами в его волосах. Одеяло соскользнуло на пол. В комнате пахло воском, страхом и страстью.

— Ты же поверишь мне? — выдохнула она, когда он на мгновение оторвался от неё.

— Помолчи, — сказал он хрипло и снова накрыл её губы своими.

Всё остальное было без слов. Только темнота, его руки на её теле, её ноги, обвившие его бёдра, скрип кровати и их рваное дыхание, сплетавшееся в одно. Свеча догорела и погасла, но они не заметили.