Книга Если ты хочешь…, страница 22 – Елена Левашова

— О чем, Танюш? – протягиваю, вернувшись за стол.

— Ты ведь так и не решилась рассказать Косте о том дне? И не решишься…

— А я ведь не помню ничего, Тань. Что я ему расскажу? Как очнулась в постели голая и еле дошла до электрички?

— Весна, Костя может принять заявление у тебя? – заговорщицки произносит Таня.

— Не знаю… А как он примет? Разве есть состав преступления? К тому же Костя работает в ФСБ, а не в полиции. Нет, Тань… Да и что я напишу? Обо мне черт те что подумают. Скажут – дура, очнувшаяся через девять лет. Нет, ерунда это все…

— Зато ты таким способом достучишься до него. Заставишь прочитать написанное.

— Думаешь? – неуверенно качаю головой. – Танька, он ведь такой сильный… Костя. Деловой, важный, влиятельный. Ему легко это все… Наше общение, Алешка. А я… То, что он легко переживет, я не вынесу.

— Надо хотя бы попробовать, Вёся. Напиши… Все, что помнишь. До мельчайших подробностей. Попробуй вернуться в тот день. Успокойся, приляг…

— Да я помню все поминутно. Все, что к делу не имеет отношения. Как ехала, почву рыхлила, квас этот выпила. А потом… словно вырвали кусок из памяти. А папа ведь тоже не поверил – отказался расследовать и делать мне анализ крови. Побоялся, что меня на учет в наркологию поставят. Если бы можно все вернуть? – вздыхаю грустно и отхлебываю приготовленный Танюшкой чай.

— Напиши, Вёся. И отнеси Косте. Прикинься глупышкой, посоветуйся, кому можно показать воспоминания. Мужчины любят, когда женщины у них советуются. Он прочитает! Зуб даю.

— Ладно, Танечка. Ты лучше расскажи, как там Надежда Петровна? – решаюсь сменить тему.

Таня работает массажисткой в хосписе. И не только в нем – еще в доме ребенка и частной клинике. Наш разговор уплывает в другое русло. Потом Танюшка помогает мне навести порядок. Вернее, делает большую часть домашней работы – я еще слишком слаба, чтобы трудиться в полную силу.

Провожаю Танюшку и звоню Косте. Закрываю глаза, чувствуя, как от его голоса просыпаются мурашки. Бегают по телу, как заворожённые…

— Меня выписали, Костя. Я дома.

— Поздравляю, Весна. Ты отдыхай, возьми отпуск. Если нужны деньги, я тебе одолжу… Не хочу, чтобы ты угробила себя…

— Не дождешься, Духин. Я живучая. Так просто избавиться от меня у тебя не получится.

— Не начинай, Завьялова. – Протягивает он. – Хочешь, свожу вас с Алешкой на водопады?

— Не знаю. – Тру переносицу, смущаясь от его слов.

— Горы и водопад – лучшее сочетание для больных бронхолегочными заболеваниями. Там и бальнеолечебница есть. Могу устроить вас на неделю, а…

— Духин, по-моему, ты разошелся.

— Так что – едем в выходные? Я давным-давно там был, еще… В общем, до отъезда из города.

— И Маша поедет? – бросаю я.

— Не знаю. Я предложу ей. Можешь Илью тоже позвать, если хочешь. Заодно познакомимся поближе.

— Костя… У меня к тебе дело есть. – Все-таки решаюсь. – Я могу завтра приехать в управление? Это важно.

— Конечно, выпишу тебе пропуск. Алешку утром тебе верну.

Мы прощаемся. Я брожу по квартире, настраиваясь на нужный лад, а потом достаю чистую тетрадь из тумбочки сына и сажусь за стол…

Весна.

Просыпаюсь от настойчивого телефонного звонка. С трудом разлепляю глаза и оглядываюсь – я так и уснула в комнате Алешки – писала, писала… Перечитывала, плакала, вспоминала новые, даже самые незначительные детали.