Книга Загадай меня, страница 70 – Елена Левашова

— С чего вы решили? Может, это человек из поискового отряда? – от моего сбившегося дыхания язычок пламени в керосиновой лампе тревожно вздрагивает.

— Ха! Держи карман шире! Никто не будет искать пропавшего третью неделю. Это браконьеры, не добившие тебя. Очевидно, хотят избавиться от свидетеля. Но дед Саша быстро их… Короче, я на него Сильвера натравил.

— Дед Саша, что же вы наделали? Надо было расспросить его? Как его звали? Вы хоть что-то узнали?

— Да. Он назвался Джорданом.

— Чего-чего?

— Ты его знаешь?

— Нет… Странно. Не знаю такого парня, в универе он точно не учится.

— Кстати, он темнокожий. Мулат. Подозрительный. На киноактёра похож. Высокий, зубы белые. Федьку мне, говорит, подавай…

— Ну и правильно, что вы его отшили.

— Давай-ка раны обрабатывать и спать.

Джордан, подумать только. Неужели, меня ищут, чтобы убить?

Фёдор

Моя беспокойная жизнь, полная движения, работы и учебы, превратилась в размеренную гусеницу. Мне некуда спешить: я прикован к постели, будь то утро, день или вечер. Замкнут в четырех стенах уютного бревенчатого домика, пахнущего дымом и малиновым чаем. Дни плывут, как облака по небу – размеренно и неторопливо. Бесконечные, тянущиеся, как резина… Короткие зимние дни сменяют ночи, недели – месяцы… Я прочитал деду Саше половину книг из его скромной библиотеки – «Идиот», «Бесы» моего тезки Достоевского, «Дети капитана Гранта» Жюля Верна, случайно затесавшийся томик Артура Хейли, несколько детективных историй об Эркюле Пуаро.

Через месяц после рокового происшествияя сумел приподняться на локтях и пошевелить раненой ногой. Температура нормализовалась, а я стал похож на… деда Сашу – зарос и обзавелся густой бородой. И пахну, пожалуй, также: дед Саша моет меня дегтярным мылом.

«Не криви нос, Федька – пахнет березкой и древесной смолой, раны заживляет, подсушивает».

Словами не передать, как я благодарен старику: кормит он меня вкусно, развлекает разговорами и деревенскими песнями, следит за чистотой моего тела, расчесывает волосы и стрижет ногти… У меня даже зубная щетка есть: дед Саша купил по акции 1+1 в сельмаге. Все бы хорошо, живи и радуйся, набирайся сил, выздоравливай… Только назойливая мысль не дает покоя…

— Дед Саша, у меня и мозги пострадали во время падения, – объявляю я неожиданно.

— Что это ты, Федька ерунду говоришь? С чего вдруг?

— Как вы сказали про меня спрашивал Джо? Ну… тот мулат.

— Сказал, что ищут Фёдора. Ох, ты же! Дурак я, Федь. Только дошло до меня, что браконьер не мог знать твоего имени. Ты тоже об этом подумал? – дед Саша хлопает себя по лбу.

— Да… Странно, что тогда этой мысли у меня не возникало. Значит, меня действительно искали, – протягиваю задумчиво.

— Это не местные, зуб даю! Выходит, Джордан доброволец? Они ушли уже, наверное?

— Точно ушли. Ни с чем. Выбираться мне надо, Александр Федорович. – Поднимаюсь на локтях, демонстрируя собственную решимость.

— Ты прав, – вдруг соглашается он. – Выйду на рассвете. Поеду на санях до ближайшего охотничьего участка. Попробую найти грузовую машину, сынок.

— Это же… километров пятнадцать. Я боюсь, дед Саша. Вдруг с вами что-то случится? Да и я… Как останусь надолго один?

— Давай сделаем так: я сварю кашу и суп, оставлю побольше воды, печь растоплю посильнее, чтобы ты не замерз. Февраль на дворе, Феденька, а снега уже два дня не было. Видимость хорошая, снег плотный. Сани как по маслу пойдут. Ничего, Федька, не пропадем. Джина и Сильвер хоть жирок растрясут… Разъелись, шельмецы.