Книга Влюбленная. Гордая. Одинокая, страница 57 – Елена Левашова

— Любочка, Люба… Я уже вызвал полицию, не бойся. Любаша… Я так рад, что ты пришла поговорить.

— Что случилось, Мир? Ты… убил? – ее тихий голос походит на шелест. В глазах сквозит недоверие, плечи опускаются от невидимой тяжести.

— Нет! Я пытался ее спасти… Честное слово. Но она… она… Марианна была обречена. Я слишком поздно нашел ее.

Люба выпрямляется и как-то странно смотрит. Переводит взгляд от закрытой двери ординаторской на меня.

— Мир, из кабинета никто не появлялся, – металлическим голосом произносит она. – А я… видела, как высокая брюнетка заходила в него.

— Я не убивал. Клянусь. Люба, послушай, я ни в чем не виноват перед тобой. У меня нет отношений с Дианой, она все подстроила тогда…

— Боголюбов, разве сейчас это важно? Я вообще пришла не к тебе! – Люба брезгливо морщится, поглядывая на окровавленный халат и зажатый в моей руке нож. Я храню орудие преступления для экспертизы как зеницу ока. – Алису привезла «Скорая» прямо из училища. Кровотечение, отслойка… Что там еще бывает?

— Лисенок здесь?!

— А что я, по-твоему, делаю в коридоре? Ее осматривает врач и собирает… как его? Анамнез. Мир, ты убежден, что тебе стоило поднимать этот нож? – с недоверием спрашивает Люба.

— Думаешь, нужно было оставить его плавать в крови? Чтобы отпечатки наверняка растворились, так?

— Я не знаю, Мир. Во всех детективах говорится, что нельзя трогать орудие убийства.

— Мы не герои книги, Люба. А я врач. Мой долг – остановить кровотечение и хотя бы попытаться спасти пациенту жизнь. Черт, я так и не добился от нее имени! Надеюсь, отпечатки помогут в расследовании.

Наше уединение прерывается топотом шагов оперативников и идущих за ними коллег. Никита Чернов, главный врач Вадим Кизилов, Зинаида Львовна, Таисия Алексеевна и многие другие… Сегодня я предстаю перед ними в непривычном для меня амплуа: не сердцееда и засранца, а Джека-потрошителя.

— Капитан юстиции Винник Сергей Владимирович – дежурный следователь следственного комитета в Центральном районе, – кивает невысокий лысый мужчина, цепляя взглядом сжатый в моих пальцах нож. – Исаченко, забери нож на экспертизу.

Эксперт-криминалист Исаченко облачается в специальный комбинезон. Надевает бахилы, перчатки и погружает нож в пластиковый пакет для улик.

К Исаченко присоединяется судебный медик со стальным квадратным чемоданчиком в руках.

— Мне нужно согласие главного врача на проведение дактилоскопической экспертизы кабинета и осмотра места преступления.

Кизилов утирает испарину со лба и нервно чиркает ручкой в документе, перехватывая скорбные, сочувствующие взгляды коллег. Еще бы – убийство в стенах больницы! Такой скандал!

— Мирослав Боголюбов, вы задерживаетесь для дачи показаний, – сообщает капитан. – Есть еще свидетели? – зычно обращается к толпе. Коридор заполняется зеваками. Из палаты Алисы вырисовывается штатный гинеколог отделения Светлана Игоревна. Она взирает на столпотворение со смесью скуки и досады на лице. Любопытных пациенток, санитарок и посетителей притягивает к месту преступления как магнитом. Но после вопроса следователя толпа трусливо рассеивается.

— Я свидетель, – звучит рядом со мной дрожащий голосок Любы. – Я видела, как девушка заходила в ординаторскую. Это было где-то в двенадцать.

— Фамилия, паспортные данные? – Винник распахивает папку. – Как здесь оказались?