Книга Чудо для Алисы, страница 51 – Елена Левашова

— Чай, кофе? – Татьяна, девушка на ресепшене, улыбается еще шире. Как у нее только лицо к вечеру не болит? – Алла Семеновна сейчас подойдет.

Я вежливо отказываюсь от предложенных напитков, несмотря на то что замерзла: хочу покончить с делом поскорее. Таня провожает меня к темно-синему креслу. Отражение моего румяного с мороза лица меркнет в яркой подсветке большого зеркала. «Римма» – читаю на стенах, часах, зеркалах и полотенцах (даже там вышито имя). Интересно, кто это? Наверное, ее мама.

Аллочка выплывает из соседней комнаты под ручку с пожилой женщиной. От ее мимолетно брошенного взгляда замерзаю еще больше. Слышу переливчатый звон колокольчика, а затем и цоканье каблуков хозяйки.

— Извините за ожидание, Алиса. Предсвадебные хлопоты – вы же понимаете? Заказала платье у самой лучшей портнихи в городе. Шик, блеск, модный фасон – не спорю, но примерки? М-м, они меня утомили! – Аллочка устало вздыхает и закатывает жгучие карие глаза.

«Понимаю ли я? Понимаю…»

— Ничего страшного, я не тороплюсь, – натягиваю на лицо улыбку.

— Итак… – Алла взмахивает накидкой ярко-синего цвета с логотипом «Римма» и накрывает меня, высвобождая косу. – Самойлова будет довольна, – глаза Аллы неприятно блестят.

— Можно сделать каре?

— Нет, дорогуша. Самойловой нужны все волосы. Или короткая стрижка, или… – она наклоняется, обдавая меня запахом дорогих духов.

— Стригите! Только деньги мне нужны сегодня.

Алла облизывает нижнюю губу и взмахивает ножницами…

Бреду из салона, чувствуя невероятную легкость в теле, чего не сказать о душе.

«Богдаша так хотел жениться, что согласился на свадьбу в Новый год, представляешь?»

«После свадьбы мы едем в теплые страны на отдых. Хочешь, покажу купальник, который заказала?» Зачем мне это знать? Мы лучшие подруги? А она все говорила и говорила, и чикала ножницами возле уха.

Мне плохо, душно, больно… Медленно опускаюсь на ледяную лавочку автобусной остановки и остервенело разматываю шарф. Морозный воздух остужает меня, забирается глубоко в легкие, вытравливая слабость и наваждение. Мне заплатили, и это главное. Пропускаю автобус и бреду среди домов в поисках аптеки. Я давно не испытывала такой радости и облегчения, отвечая на вопрос фармацевта: «Вам весь курс?»

— Лис, дорогая, все в силе? – звонок Мирослава застает меня врасплох. Прячу упаковки лекарств в рюкзак и торопливо отхожу от кассы.

— Да, Мир. Все, как договаривались. (Кроме Любы, которая станет для парня сюрпризом.)

А для тети сюрпризом станет моя новая стрижка…

Богдан

«Ветхие перекрытия обрушились в здании женской консультации. Под обломками пострадали десятки беременных женщин, есть погибшие. Точное количество жертв устанавливается», – звучит со всех телеэкранов. Четыре дня я не мог встретиться с Миром. Боголюбов оперировал сутки напролет, за считаные дни выросший из неопытного ординатора во врача.

— Привет, Богдан, – Мир плюхается на прогретое сиденье Бэна и устало откидывает голову. – Я чувствую себя, как на войне. Ни за что не угадаешь, сколько я провел операций сегодня?

Мне хочется поддержать его, ободрить. Выжигающая душу ревность отступает, заполняя ее стыдом.

— Сколько?

— Шесть, – вздыхает он. – А вчера двенадцать. Поедем поужинаем, брат? Хочу отвлечься. Не против шумного места?