Онлайн книга «Чудо для Алисы»
|
Глава 11 К вечеру небо затягивается туманной моросью. Мороз усиливается, превращая мягкий пушистый снег в колкий рассыпчатый хрусталь. Я мчусь по дороге к выезду из города, а из-под колес Бэна летят желто-серые брызги раздавленного снега. Освещенный участок городской трассы кончается поворотом на сельский проселок – темный, узкий, заросший высокими елями с шапками снега на верхушках. Саврасова – Степной – Калинина – Озерная. Безошибочно сворачиваю в темные переулки, сохранив в памяти маршрут до ее дома. Въезжаю на Озерную, издалека заметив белый дым, струящийся из крыши дома Алисы. Таким же едва уловимым дымком слабость заползает под мою броню учтивости и самообладания, воспламеняя внутри искру. Алиса ждет меня: калитка не заперта, дорожки расчищены от снега и посыпаны песком, в окнах горит неяркий свет. На негнущихся ногах ступаю по деревянным ступеням крыльца и стучусь в дверь. Никита Сергеевич кряхтит за стеной и громко шаркает, торопливо следуя к входной двери. Присутствие старика наполняет душу облегчением, при нем я вряд ли потеряю контроль над собой… — Заходи, Романыч! – Приветствие деда Никиты звучит бодро. Он крепко сжимает мою протянутую ладонь, жестом приглашая войти. На его шее болтается веревка с привязанными к ней за дужки очками. Старик снимает окуляры и прячет в карман, как надоедливую и бесполезную вещицу. — Поможешь мне, раз пришел, – важно сообщает Никита Сергеевич. Его просьба звучит ультимативно. – У меня нарушение сумеречного зрения, Романыч. Надеюсь, ты не откажешь старику… – заговорщически произносит он, не забывая прихрамывать и покряхтывать. — Никита Сергеевич, конечно, помогу! – спешу успокоить старика. Как же я рад его присутствию! Вешаю куртку на знакомый крючок и прохожу в уютную гостиную с пылающим камином. Потрескивающие поленья источают запах хвои и костра, окуная в воспоминания о единственной проведенной в этом доме ночи… — Проходи в комнату, Богдан, – дед протягивает мне сантиметровую ленту. — Что нужно сделать? – спрашиваю, разглядывая предмет в руках. Озираюсь в поисках хозяйки дома и через секунду застываю с открытым ртом… Алиса стоит посередине комнаты с распущенными волосами. Она заканчивает расплетать вторую косу и проводит по волосам расческой. Очевидно, мой оглушенный, дезориентированный вид наталкивает ее на мысль о немедленном объяснении, потому что Алиса начинает сбивчиво тараторить: — Добрый вечер, Богдан. Помоги дедушке измерить длину моих волос… Надеюсь, тебя не затруднит моя просьба? — Цифры расплываются, сынок, – томно вздыхает старик, суетливо перетаптываясь с ноги на ногу. – Ничего не разберу, а твой шоколадный торт затребовал данные… — Не понимаю, Алиса, что происходит? – сухо произношу я, чувствуя, как на поверхность сердца опускается ледяная снежинка недоверия к Алле. Алиса отбрасывает длиннющую копну за плечи, удивленно вскидывает темную бровь и, судорожно облизав нижнюю губу, произносит: — Алла предложила мне продать волосы. Алиса взволнованно вздыхает, а я уже ничего не соображаю, скользя взглядом по ее дрожащим ресницам, заалевшим гладким щекам и кончику языка, мимолетно мазнувшему розовую нижнюю губу… — Она сначала подарила мне сертификат, но потом передумала и посоветовала более выгодное вложение. Меня коротко подстригут, а из волос изготовят парик. |